– О Господи! Только преступников мне недоставало. Так невесело живётся. И что же вы теперь прикажете мне делать, дорогой сыщик? – заволновался князь Бессонов.

– Прежде всего, успокоиться. Я сейчас съезжу в Управление Правопорядка и добьюсь, чтобы возле вашего дома выставили охрану – несколько полицейских, которые останутся охранять вас днём и ночью, пока я не завершу все следственные мероприятия и не обезврежу преступников. Светлейший князь, поверьте, они не нарушат ваш обычный образ жизни. Вам ничего не надо будет делать, разве что позволить им столоваться и, в порядке очереди, отдыхать. Так что живите спокойно, но до тех пор, пока они не приедут, накажите служанке, чтобы заперла двери дома, как следует, на все замки и засовы, закрыла ставни и никому не открывала ни под каким предлогом.

– Столоваться, отдыхать, пожалуйста, сколько угодно. Дом большой. Места всем хватит. И кухарка готовит всегда много, словно у нас полк солдат. Только бы тихо было.

– Не волнуйтесь, мы вас в обиду не дадим. Думаю, завтра уже служивые прибудут к вам. Я сейчас же займусь этим вопросом.

– Дай-то бог. А то мне как-то не по себе стало. Боязно.

– Меры безопасности мы примем, живите спокойно. А если сегодня в течение дня кому-то понадобится выйти за порог, пусть будут осторожны и ни с кем, повторяю, ни с кем и ни о чём не разговаривают. Лучше переждать дома.

Благодарю вас, Григорий Всеволодович, вы мне очень помогли.

И вдруг Пракшин предложил:

– А хотите, любезный князь, на время расследования поживите у меня? Дом хороший, добротный, большой, у вас всё будет и не хуже, чем здесь. Я тотчас готов перевезти вас в своей карете. Так мне и вам спокойнее будет. Живу один после смерти матушки. Семьёй ещё не обзавёлся. Всё, что пожелаете, предоставлю вам.

– Осип Данилович, да вы находка в нашей жизни. Как мило с вашей стороны. Благодарю за лестное предложение. Только я привык дома, в своей постели. Надеюсь, что ваши служивые защитят нас, если эти двое решатся ещё на одно преступление.

– Об этом не беспокойтесь. Я же сказал: всё, что от меня зависит, сделаю. Предпримем меры безопасности. В нашем ведомстве служат профессионалы. Главное, никого не впускать в дом.

– Сейчас же накажу служанке.

– Вот и славно. Поеду, работы много. Перестал ночами спать, убийство невинной девушки, её сестры и подружки из головы не выходят. Дело серьёзное, запутанное и очень сложное.

– Получается, эти двое убили невинную девушку и на этом и не успокоились? – поинтересовался князь.

– Да. Она кухаркой работала в имении барона де Кардье. Её сестра и подружка тоже служили в достойной семье. Никого не пожалели эти двое.

– Я был знаком с родителями барона де Кардье и его самого мальчиком видел. Давно нигде не бываю. Но семью эту близко знавал. Прекрасные люди, достойные. А что же преступники искали в доме барона? Представить себе не могу.

– Как что? Тот самый подарок Императора Наполеона. Да-да, не удивляйтесь.

– О Господи. Навязчивая идея, должен заметить. Не больны ли они оба?

– Кто знает? Для этого я обязан найти и задержать их, потом выяснить все обстоятельства дела. А там и психиатрическую экспертизу провести можно. Многое уже открылось, но преступники до сих пор на свободе и это удручает меня.

Григорий Всеволодович, поеду я. Благодарю вас, что уделили мне время. Очень рад знакомству с вами. Вот если бы все свидетели были такими же внимательными к деталям, как вы, тогда у сыщиков было бы меньше работы.

– Благодарю вас. Не забывайте, молодой человек. Я хоть и бывший, но всё-таки военный.

– Вы правы. Военные бывшими не бывают. Они и есть гордость нашего государства. С детства питал особое уважение к служивым. Прощайте, Светлейший князь.

– Лёгкой вам дороги, Осип Данилович. Навещайте старика, как оказия представится.

– Благодарю. Непременно.

***

Поиски главных фигурантов дела

После визита к светлейшему князю Бессонову Пракшин напрямую занялся поисками гастролёров: отца и сына.

Сыщик у себя в кабинете мысленно рассуждал:

«Господа, эндшпиль на подходе. Будем расставлять фигуры по местам для заключительного этапа. Что мы имеем?

Пункт первый. Визитёра князя Бессонова и организатора преступлений в одном лице. Его же в юном возрасте перевезли из России в Англию. Он в избытке впитал все прелести чужбины и напрочь лишился каких бы то ни было трогательных чувств к Родине.