– Её дочь очень больна, ей нужна помощь, чтобы сиделку оплачивать и детей растить. Где они возьмут средства на жизнь? А так наш барон платит экономке хорошее жалованье, всегда выручает, помогает, чем может. А она, отдавая деньги, поддерживает свою семью, продлевает дочери жизнь и няне платит за то, что та смотрит за внуками.

– Грустная история. Жаль их.

– Вы правы, Полина Капитоновна. Очень грустно.

…………………………………………

Тем же вечером Полина, увидев перед ужином экономку, решила разузнать у неё:

– Мирослава Игоревна, простите, что отвлекаю от дел. Вы знаете, меня мучает вопрос, за что убили служанку барона де Кардье?

– Милая моя Полина Капитоновна, я не предсказательница. Не могу знать истины. Предыдущий следователь выдвинул версию, что это произошло случайно. Её с кем-то перепутали или же кто-то наточил на нашу служанку зуб. Только не спрашивайте, за что и почему. Ничего не знаю, честное слово. Что слышала, то и говорю. Пелагея была тихой, спокойной девушкой. Работала хорошо. Я ни разу не слышала, чтобы она повысила на кого-нибудь голос. Ею все были довольны. Наш барин выделял ей деньги, чтобы она могла нанимать работников, а они ухаживали за могилкой матери и её отца.

– И всё же её убили. За что? Должна же быть какая-то причина.

– К сожалению, это правда. А причину так и не раскрыли.

– Вам не следует бояться. К имению борона де Кардье приставили полицейских. Нашей жизни ничего не угрожает. Уверяю вас.

– Надеюсь, что всё будет хорошо, и нам дадут жить спокойно.

– Мирослава Игоревна, а в какой комнате жила Пелагея?

– Рядом с комнатой прачки на первом этаже недалеко от кухни. Полина Капитоновна, а почему вы спрашиваете и так подробно? –экономка обронила на девушку подозрительный взгляд.

Полина схитрила и увильнула от прямого ответа.

– Я вот, что думаю, а вдруг, когда Пелагея почувствовала опасность, она оставила какой-то знак, чтобы ей смогли помочь, и чтобы беда не коснулась других домочадцев. Сами ведь сказали, что девушка хорошей была. Поймите, если мы найдём убийцу, то узнаем истинную причину её гибели и сможем обезопасить от врага Антуана Витольдовича и всех, кто проживает в этом имении. Убийца не остановится, он ведь может опять прийти сюда.

– Не пугайте нас. Преступника здесь никто не видел. Мы до сих пор не знаем, кто это сделал. Мне некогда заниматься расследованием. Для этого есть сыщики. А вы, если так хотите узнать, попробуйте поискать. Дверь в её комнату не заперта.

– Благодарю вас. Займусь этим, когда время позволит. Вы же видите, я всё время занята. Работы очень много. А заменить меня некому.

– Вижу. Дам вам совет: не забивайте голову ерундой. Пусть сыщики и полицейские занимаются поисками преступников. А наше дело маленькое – своевременно выполнять свои обязанности и просьбы хозяина.

***

«Легче управлять действующей армией,

чем одной женщиной»

Наполеон Бонапарт

Прошу у вас совета

Поздним вечером, возвращаясь со службы, Пракшин заметил у своего дома высокую фигуру молодого человека.

«Антуан Витольдович? Что он тут делает? С Полиной что-то опять?!», – Осип Данилович почувствовал беспокойство в душе. Он вышел из кареты, быстрым шагом прошёл к дому и, волевым усилием уняв беспокойство, заговорил первым:

– Антуан Витольдович, вы ли это?

– Я, – повернулся к нему барон.

– Приветствую вас. Простите за вопрос. Что вы здесь делаете в такое время? Стряслось что-то? – Сыщик обрушил на гостя шквал вопросов.

– Доброго здоровья, Осип Данилович, Приехал к вам, ибо нужда заставила. С вашей крестницей всё хорошо. Не стоит волноваться.

– Благодарю. Нужда, говорите? Тогда пойдёмте в дом, там и поговорим, – пригласил Пракшин.

– Благодарю. Следую за вами.

Пракшин с гостем прошли в холл.

– Дуся, примите вещи и пока не накрывайте к ужину. Видите, у нас дорогой гость. Мне, как хозяину, полагается уважить его. Мы с бароном удаляемся в кабинет, поговорить надобно. А вы потихоньку занимайтесь ужином. Как только у вас всё будет готово – позовите нас, – сделал распоряжение сыщик.

– Слушаюсь, барин. Не извольте беспокоиться.

Пракшин пытался сдержаться, но не выдержал и вновь выговорил служанке:

– Евдокия, сто раз говорил тебе, называй меня по имени-отчеству. Ну какой из меня барин? Родители мои были дворяне, да, не отрицаю, и согласно титулу вели такой образ жизни. А я давно служу Отчизне, звание моё и заслуги знать тебе необязательно, а называть по имени-отчеству вполне допустимо,– раздражённо ворчал сыщик, словно недовольный старикашка. Он нервничал. Беспокоился о Полине. А тут очередная тупость, упрямство и промашка служанки, которая уже не в первый раз его выводила из себя. – Тоже мне барина нашла…– никак не мог успокоиться Осип Данилович.

Служанка залилась жгучим румянцем во всю щеку и выговорила: