– Езжай милок, езжай. И вот тебе мой совет: всякую ерунду из головы выброси. Всё, что суждено, без твоего участия и согласия сбудется.

– Да-да, всё так, точно вы подметили. А говорите, возраст.

– Так и есть, возраст, куда от него? Но голова моя светлая, хотя тело частенько подводит. Так и живу. Супруге передай тёплый привет от меня. Скажи, что люблю её не меньше, чем в юные годы.

– Благодарю вас. Непременно передам. Ей будет очень приятно. Вы для Василисы – авторитет!

– Ещё бы… езжай, дорогой, скоро увидимся. У меня уже и гениальный план созрел.

– Благодарю за всё, – граф Шувалов, подобно галантному кавалеру,

подошёл к графине Сперанской и поцеловал ей руку.

– А ты, оказывается, Капитон, манеры не забыл, – баском засмеялась графиня.

– Шутите? – спросил Шувалов обиженно.

– Ну конечно, шучу, езжай домой, небось, заждались твои барышни.

***

Гостья

С момента тех событий прошло три месяца.

Граф Шувалов уже и думать перестал о разговоре у графини Сперанской. Нынче он возвращался из дальней поездки в истрёпанных чувствах и без всяких сил. Дела не ладились. Компаньон подвёл. И, как назло, дорога оказалась на редкость трудной. Дважды останавливались на постоялых дворах и меняли лошадей. Граф пытался прилечь в комнате, которую ему выделили и немного перевести дух. Но шум, доносившийся с улицы и из трактира на первом этаже небольшого постоялого двора, нарушал тишину. Так Капитон Макарович на нервах и промаялся до тех пор, пока его кучер не доложил:

– Барин, можем ехать, всё готово …

Они вернулись домой поздним вечером. Капитон Макарович не успел войти в дом, как служанка с порога доложила ему:

– Барин, с возвращением вас. К вам гостья приехала.

– Гостья? Кто именно?

– Родственница вашей супруги.

– Графиня Сперанская? – спросил он, отдавая служанке довольно тяжёлое пальто с меховым воротником, перчатки, цилиндр и трость.

– Да, барин, она самая, – ответила служанка и ушла в гардеробную.

«Что вдруг?», – задумался граф, уложив растрепавшиеся под шляпой волосы, и прошёл в гостиную, где дамы его семейства в полном составе пили чай с пирожными и мирно беседовали. Граф сразу почувствовал, что родственница жены привезла хорошие новости: у супруги и Поленьки было отменное настроение.

– Добрый вечер, дамы! – поприветствовал он сидящих за столом. Подошёл к жене, графине Сперанской и по очереди поцеловал им руки. Полина подскочила к нему и чмокнула в щеку.

– Папенька, как хорошо, что вы вернулись к чаепитию.

Он обнял девочку и нежно поцеловал её в лоб.

– Присаживайся, Капитон, заждались мы тебя. Я уже подумывала уйти отдыхать в спальную комнату, – вяло, утомлённым голосом произнесла гостья.

– Рад вам, очень рад Алевтина Филаретовна. Благодарствуйте, что навестили нас. Дела не ладились сегодня, потом в дороге застрял: дважды лошадей пришлось менять. Видите, задержался. Устал, знаете, – пожаловался граф.

– Капитон, тётушка погостит у нас. Она привезла хорошие новости, – вступила в разговор Василиса Захаровна. – Агаша, – графиня Шувалова позвала служанку.

– Я здесь. Слушаю вас барыня.

– Агаша, скажи на кухне, чтобы приготовили Капитону Макаровичу перекусить, и поторопись. Не забудь подать горячего чаю. Видишь, граф с дороги, согреться надобно.

– Сию минуту, Ваше Сиятельство.

– Капитон, я приехала по нашей договорённости, – намекнула ему графиня Сперанская и обратила к Шувалову свой взор.

– Я весь внимание.

– Давеча сидела и думала и, представь, припомнила, что у меня, оказывается, скоро день рождения. Поскольку я дама почтенного возраста, хочу по этому случаю устроить бал у себя. Дату и время увидишь в пригласительной открытке. Я отдала её Василисе. И у меня к тебе убедительная просьба. Голубчик, ты уж как-то спланируй так, чтобы не подвёл своих девочек. Я хочу видеть их у себя в гостях.

– Не стоит беспокоиться, дорогая Алевтина Филаретовна, будем всей семьёй, и непременно. Даю вам слово чести.

– Договорились. Вот ещё что. Будь добр, выдели им столько средств на новые наряды и украшения, сколько понадобится. Такие дамы должны выглядеть неотразимо, всех поразить и пленить своей красотой. Ты меня понял, Капитон?

– Клянусь вам: выделю столько средств, чтобы с размахом хватило на ткани, украшения, туфельки, модистке за работу – ни в чём отказа не будет. Я для них никогда не скупился и сейчас ничего не пожалею. Они – моя жизнь. Василиса подтвердит вам.

– В твоих словах слышу речь не мальчика, но мужа. Славно говоришь. Это успокаивает. Ну а теперь пора мне на покой. У меня режим, – с удовлетворением графиня завершила беседу.

– Пойдёмте, тётушка Алевтина, я провожу вас, – вызвалась Полина.

– Пойдём, моя красавица, – ответила ей гостья, с трудом поднимаясь со стула.

Воспользовавшись отсутствием дочери, Василиса Захаровна прошептала мужу на ухо: