Закончив разговор с Леной, возвращаюсь к работе, на которой не получается сосредоточиться. Сложно сидеть на месте, когда ты телом и душой рвешься к женщине, которую любишь. Я должен быть рядом и поддерживать Ирину, но она не примет ни меня, ни мою помощь, и это сводит с ума.

В голове стоит образ маленькой девочки. Возможно, всего лишь игра воображения, но я хочу, чтобы у нас с Ириной родилась дочка. Раньше я думал, что из-за внутренней силы и жесткости могу быть отцом только для пацанов. А сейчас чувствую, что мог бы дать дочке необходимые нежность и любовь. Носил бы ее на руках, целовал в сопящий носик, рассказывал на ночь сказки, бинтовал разбитые коленки, целуя их…

После обеда Дмитрий возвращается с отчетом. Из базы данных клиники они извлекли результаты обследований Ирины. Судя по заключениям, показатели в пределах нормы. Вроде должен выдохнуть, а внутри все так же печет. Я должен ее увидеть, обсудить, что мы будем делать дальше. Я хочу принимать участие в жизни и воспитании своего ребёнка, при этом я не желаю воевать с его мамой.

Вечером еду домой, по дороге завожу в химчистку костюмы. После ухода Ирины я так и не нанял новую помощницу. Не хочу видеть в стенах своего дома постороннюю женщину. Клининговые компании справляются с уборкой, рестораны - с готовкой, химчистка - со стиркой и глажкой белья.

Почти доехав до дома, я разворачиваю машину и срываюсь обратно в город. Через два дня я отправляюсь в командировку минимум на неделю. Уезжая, я хочу быть спокоен, что с Ириной и нашим ребёнком всё хорошо.

Невозможно спрогнозировать, как пройдет разговор. Я обязан сделать так, чтобы Ирина не подвергалась стрессу. Ей нельзя волноваться. У ребёнка должна быть спокойная мама. Рано или поздно нам все равно придется контактировать, и моя обязанность - построить разговор так, чтобы в будущем мы могли спокойно общаться.

Въезжая в знакомый двор, бросаю взгляд на окна, в которых горит свет. На часах пятнадцать минут девятого, за окном темная, безлунная ночь и собачий холод. Вламываться без предупреждения опасаюсь, поэтому беру телефон и звоню. Ира долго не берет трубку, принимает вызов на шестом гудке.

- Алло, - тихим голосом, который дрожит то ли от страха, то ли от волнения.

- Здравствуй, Ирина. Я поднимусь? - спросив, слишком долго жду ответа. - Нам надо поговорить.

Тишину на том конце разгоняет негромкое, но взволнованное дыхание. Мне кажется, что я слышу, как стучит ее пульс. Пауза длится слишком долго, но я не спешу продолжить разговор, жду ее решения. Готов к тому, что меня пошлют.

- Хорошо. Поднимайся…

Сергей

«Поднимайся…»

Ощущение, что мне приоткрыли врата рая, но оставят у порога, так и не дав второго шанса…

Переставляя ноги по ступеням, я медленно поднимаюсь на нужный этаж. В голове столько мыслей, но ни одна из них не указывает на выход из сложившейся ситуации. Я, человек, не ведающий страха, опасаюсь увидеть приговор в глазах любимой женщины.

Дойдя до двери, замечаю, что она приоткрыта. В другой день я бы ее отругал за беспечность, заставил прослушать курс безопасности. У меня нет права отчитывать ее. Разговор и так предстоит непростой, наверное, не стоит усугублять его с порога, который я переступаю без приглашения.

- Ирина, - окрикивая, прохожу в квартиру, где каждый глоток воздуха наполнен горечью и отчаянием.

Я не чувствую в этих стенах радости и счастья. С прошлого моего посещения изменилась не только энергетика этой квартиры, но и обстановка. Ирина многое изменила.

Замечаю, как, отлепившись от стены, Ирина выходит из-за угла. Я не видел ее столько дней!.. Все такая же родная, манящая… и моя. Сердце последнее время часто сбоит, а при виде нее бьется с болью. Такая близкая и такая далекая. Прекрасная, как и прежде, только глаза потухшие. И кожа бледная. А ещё она похудела, что может плохо сказаться на беременности. Заставляю себя стоять на месте, когда так хочется подойти и обнять.

- Здравствуй, Ирина! - голос подводит, будто я долгое время не разговаривал. Она не выглядит враждебно настроенной, хотя и радушие не источает. - Не стоит держать двери открытыми, - не удержавшись, всё-таки делаю замечание.

- Зачем ты пришел, Сергей? - обнимая себя за плечи, будто ей холодно, спрашивает Ирина. Подсознательно отмечаю, что она не ответила ни на одну мою фразу.

- Будем разговаривать в коридоре? - прохожу следом за Ириной в гостиную, не дожидаясь словесного приглашения. - Нам обоим известно, почему я здесь, - присаживаюсь на край кресла напротив Иры, которая, кутаясь в плед, забирается с ногами на диван.