- Звоните, а я поехала, - решительно подвинув его плечом, прохожу к калитке, выхожу на улицу и решительной походкой двигаюсь к ожидающей меня машине.

- Ирина, подождите…. - следом за мной идет Стас, но я не обращаю на него внимания. Сажусь в машину на заднее сиденье, захлопываю перед ним дверь. Благо открыть ее он не пытается, только с укором смотрит на меня.

- Добрый вечер! - здороваюсь с водителем лет пятидесяти.

- Поехали?

- Да.

В таком эмоциональном состоянии ехать на встречу с мужем - не самая хорошая идея. Мне нужен был весь эмоциональный резерв, чтобы выдержать разговор со Стасом. А теперь во мне просто не осталось сил, бессмысленный спор с охраной выжал из меня все соки.

Сцена у ворот долго не выходит из головы. Поведение охраны не поддается никакому разумному объяснению. Почему меня не выпускали? Я наемный работник и в свободное от работы время могу идти, куда мне вздумается.

Если это распоряжение Кайсынова, то оно тоже не имеет логики. С чего вдруг он решил закрыть меня в своем доме? Я не собака, чтобы сидеть на цепи. Не птица, которая будет довольствоваться золотой клеткой! Этот вопрос мы обязательно поднимем…

И он будто чувствует мое настроение… Телефон в сумочке начинает играть установленную на его контакт мелодию.

Впрочем, ничего такого он не чувствует, ему успела позвонить охрана. Мы поговорим, когда я вернусь. Объясняться при постороннем человеке - моветон. Отключив звук на телефоне, возвращаю его в сумку…

Ирина

Мы живем в городе, где из-за пробок люди постоянно опаздывают, но сегодня не тот случай, я просто не спешу. Захожу в ресторан с пятиминутным опозданием. Стас терпеть не может непунктуальности. Он прощает её тем, кто стоит выше него по социальной лестнице, но всем остальным может выкатить претензию. Раньше я бы обязательно позвонила и извинилась за задержку, а сейчас мне нет дела до его загонов. Если он не дождался меня и уехал…

В этот исход я не верю, хотя в душе хотела бы, чтобы так случилось. Я хочу вернуться домой, созвониться с Сергеем и провести остаток вечера, общаясь с ним, а не со Стасом.

Меня встречает владелец уютного кафе, которое раньше я любила посещать с мужем. Все очарование этого места пропало после его предательства. Нет больше «нас». И все, что раньше объединяло и делало нас ближе, теперь не имеет значения.

- Ваш муж вас уже ждет, - сообщает мне владелец кафе, провожая к столику, за которым сидит Стас. Он видел, что я вошла, но даже не потрудился встретить. Чему я удивляюсь? Он всегда любил только себя…

- Ирочка! - восклицает Стас, подрываясь со стула. - Добрый вечер, любимая.

Делая вид, что заметил меня только что, тянется, чтобы обнять, но я выставляю перед собой раскрытую ладонь и отклоняюсь в сторону. Злится, что у этой сцены были свидетели. Жует губы, но пока держит себя в руках.

- Здравствуй, Стас, - мой голос звучит нейтрально. Так обычно разговаривают с малознакомыми людьми.

- Хорошего вечера. Сейчас к вам подойдет официант, - сообщает владелец ресторана, отходя от столика.

- Ты у меня такая красивая, - делает комплимент, на который я не реагирую. Взяв себя в руки, Стас старается говорить мягко. - Я так соскучился, - продолжаю игнорировать его признания. - Эти цветы для тебя, - указывает взглядом на угол стола.

- Спасибо, но не нужно было тратиться, - отвечаю, посмотрев мимо букета, стоящего в вазе. Если меня сейчас кто-нибудь спросит, что за цветы он мне подарил и какого они цвета, я не смогу ответить. В моей спальне стоят букеты, которыми я не устаю любоваться. Они подталкивают думать о мужчине, который мне их подарил. О Стасе я вспоминать не хочу, поэтому и цветов мне его не надо.

- Почему же не нужно было? Свою любимую женщину я хочу баловать, - пытается накрыть мою руку своей ладонью, но я не позволяю ему ко мне прикоснуться. Мы чужие! Точка! Близкими нам больше никогда не стать.

- Свою любимую женщину ты можешь, конечно, баловать, Стас, но это не я, - стараюсь говорить твердо, чтобы не выходить за рамки переговоров. - Я тут с одной целью - обсудить условия развода.

- Ира, прошу тебя, не говори так. Не рви душу, - бьет себя в грудь. - Я совершил ошибку, признаю. Готов за нее всю жизнь нести покаяние. Никогда в жизни больше не оступлюсь, только дай шанс, - умоляет он со слезами на глазах.

Его слезы что-то трогают в глубине души. У нас ведь были хорошие моменты. Мы разведемся, но можно ведь обойтись без ненависти? Появление возле столика официанта не позволяет сразу ответить.