Если палец порежу, так носится по дому, словно случилась вселенская катастрофа.

Это умиляет. И в такие моменты моя любовь к нему становится еще сильнее. Хотя кажется, он и так всецело забрал мое сердце.

- Привет, молодежь, - Ратмир бодро прыгает на переднее сиденье нашей машины. – Свет, вот документы по фирме. Как и обещал все сделал, все чисто. Никаких хвостов и косяков не тянется. Ваш новый логотип, торговую марку, бренд, все оформил.

- Спасибо, Ратмир.

Прижимаю к себе документы. В голове столько идей. Уже не терпится приступить к работе. Этот месяц все никак. Моя лаборатория только оборудуется, много бумажных дел, надо было устранить то, что натворили Тимур и Леня.

Но все идет. И я уже жду не дождусь, когда смогу окунуться в работу. И не одна. Мой мужчина будет со мной. Алексей шутит, что ради меня даже свою пенсию отменит.

Ратмир в очень хорошем настроении, всю дорогу шутит. И не скажешь, что этот человек в суде реально размазывает всех, кто переходит ему дорогу.

А для нас он друг. А уж мне ли не знать, что настоящие друзья на нашем пути встречаются очень редко. И если они есть, то их надо ценить и беречь.

Шилов... он удивил. Никогда не думала, что мы сможем с ним найти общие точки соприкосновения. За этот месяц он открылся для меня с новой стороны. И неожиданным для меня была передача мне фирмы. Он отказался от того, чего так добивался. Впрочем, он не проиграл.

Ворота дома Шилова разъезжаются в сторону. Мы заезжаем на территорию. Первое, что мы видим, как Виталий стоит на четвереньках на снегу, на его спине сидит Дина и заливисто смеется. Он ее катает. И лицо у мужчины такое, словно он самый счастливый человек.

Марина стоит рядом и держит на руках Петю. Малыш сияет.

Наши пальцы с Алексеем переплетаются. Не надо много слов, чтобы прочувствовать энергию счастья. Теперь дом Шилова наполнен именно им.

- Светлана, еще раз простите меня, - Марина складывает руки в молитвенном жесте.

Мы с ней одни в комнате. Она меня позвала поговорить.

- Марин, я все понимаю. Ты очень многое пережила.

За этот месяц невестка не раз просила прощения. Ее грызут муки совести. Но главное – я знаю, какой она человек и зла на нее не держу.

- И все же я не должна была молча за всем этим наблюдать, я слишком многое знала, - всхлипывает.

- Ты и помогла. Твой компромат существенно облегчил нашу борьбу.

- Светлана, я столько лет была вашей невесткой, а так и не узнала, какая вы замечательная. Все же сказывалось влияние Лени, он постоянно о вас говорил… вы понимаете как. Еще этот страх. Ефим постоянно рядом. Диночка, которая может пострадать, - она уходит в воспоминания. Вздрагивает. – Я многое бы сделала иначе.

- И я бы тоже. Только у нас есть настоящие дороги в прошлое закрыты, - развожу руками. – Думаешь, мне не жаль, что я потратила столько лет на Тимура? На мужчину, которой только пользовался, но не любил. Но что я могу? Только жить дальше и брать от жизни все на данный момент.

- Вы правы, - кивает. – А к Лене я не смогла пойти. Мне страшно, что он когда-то выйдет. Он же… он придумает такую месть, он не простит, - ледяной озноб проходится по ее телу. – Виталий сказал, что к нему меня бы и не пустил. Я слишком много пережила.

- Не стоит к нему ходить, - мотаю головой. – Я была… он не исправим. Не думай о нем. Лучше расскажи мне, как ты сейчас? Счастлива? – хочу ее отвлечь от невеселых мыслей.

- Да, - глаза светятся.

Подмечаю, как она изменилась, похорошела. Вот что значит перестать жить в страхе. И встретить того, с кем тебе действительно хорошо. Любовь нас меняет. А вот в любви Марины к Шилову я не сомневаюсь.

- Я за тебя рада, Мариночка.

- Вы, наверное, считаете, что у нас с Виталием большая разница в возрасте. Он мне не подходит. Или я преследую меркантильные цели, - глаза в пол опускает.

Марина оттаивает. Но отголоски прошлой жизни ощущаются, и страх, в котором она жила все еще дает о себе знать.

- Если тебе с ним хорошо, если ты счастлива, то кто я такая чтобы осуждать, - мягко улыбаюсь.

Марина от моих слов еще больше расцветает. Видно, что ее очень волнует этот вопрос.