Я смотрю как мужчина наливает чай, как раскладывает бутерброды. Все вроде бы очень просто, и при этом невероятно трогательно. Потому что Тимур бы даже никогда не спросил, замерзла я или нет.

И ведь для меня это было нормой…

А в этой простоте, есть нечто ценное, от чего душа оттаивает, и обезболивающий бальзам проливается на открытые раны.

- Спасибо, - принимаю из рук Алексея чашку.

Мужчина садится напротив меня. Внимательно на меня смотрит, глаза в свете фонарей блестят, и я все пытаюсь разгадать тайны, спрятанные в них, заглянуть в его душу. Потому что вопросов слишком много, и пока ответов на них у меня нет.

- Скрывать ничего от вас у меня намерений нет. Тем более, ваша дочь уже пробила меня по всем фронтам, - делает глоток чая.

- А если бы не пробила, вы бы попытались умолчать про неприятные факты биографии?

- Неа, я бы их подчеркнул. Я не люблю вешать на себя крылышки, как и рассказывать про себя. Предпочитаю действия. Но сейчас иначе нельзя, так что готов показать себя со всех ракурсов. Главное, - делает паузу, глаза в миг серьезными становятся, - Чтобы вы во мне не сомневались.

- Для вас это так важно? Я же просто случайно вам в лесу попалась.

- Важно, - кивает, как-то очень сосредоточенно. На миг закрывает глаза, а после в них вновь появляется веселый лукавый блеск.

Тайсон сопит у меня на коленях. Теплый чай греет руки. С нашей беседки отлично видно лебедей, которые плавают вдоль берега и словно внимательно за нами наблюдают.

- Почему? - интересуюсь тихо.

- Случайности не случайны, Светлана. Но вернемся немного в прошлое, я пошел работать в органы с самыми светлыми намерениями, бороться с преступностью, очистить город от нечисти, сделать его более безопасным. Но столкнулся с коррупцией, с предательствами и подставами. Можно было бить себя в грудь с криками: «Я не такой», и переть напролом. Но таких упрямых ребят очень быстро вычищали. Способов было предостаточно. Я выбрал другой путь, стал собирать компромат на своих начальников. Когда у тебя есть информация, ты можешь диктовать условия. Я действовал неспеша, осторожно, но в итоге добился того, что со мной стали считаться. Постепенно смог немного очистить наш отдел, столкнуть лбами наиболее коррумпированных личностей. Они перегрызлись и в итоге сожрали друг друга. Я же поднимался вверх, получал звания, и варился в шакальем логове, - из его горла вырывается вздох. - Там же я познакомился и с Ратмиром. Он был молодым адвокатом, и перешел дорогу моему начальству, его подставили, ему грозил немалый срок. Я смог ему помочь. У меня был компромат на недругов Ратмира. Так мы с ним и стали работать сообща. Взгляды на многие вещи у нас совпадали. Ратмир рос и развивался в своем деле, отрастил зубы. А я все больше понимал, что не место мне там. Получил подполковника и ушел. Пятнадцать лет я отдал органам. У меня остались связи, компромат на большую часть начальства города, и на удивление, отличные отношения с некоторыми своими коллегами, которые и по сей день без лишних вопросов готовы мне помочь. Как и я им, - Алексей говорит спокойным, размеренным голосом. Не ощущается, что он пытается приукрасить события. Снова эта простота, которая мне так нравится. – Потом открыл охранное агентство. Но это была лишь часть моей работы, в основном я решал вопросы своих клиентов. Сложные, не всегда корректные, ко мне обращались, когда других вариантов не оставалось. И как вы понимаете, методы не всегда законны. Порой, чтобы добиться правды, нужно идти нестандартным путем. Но и агентство я два года назад закрыл. Устал от бешеной гонки, от вечного драйва. Захотел спокойствия. Так что я сказал правду, я пенсионер, который хочет ощутить жизнь. А я ведь так ее и не прочувствовал. Вначале были работа и сын, о нем заботился. Потом мой парень вырос, его потянуло в море. А я окунулся в работу с головой. Жил проблемами людей, и больше ничего не видел. Мне за полтинник, а я только учусь радоваться простым вещам, - разводит руки в стороны. – Как-то вот так, Светлана.

- И все же вы скромничаете, Алексей. Многое не говорите о своих победах, возможностях?

- Мои победы на самом деле ничего не стоят. Если честно, то я уверен, что самая главная моя победа в жизни у меня еще впереди.

- Спасибо вам за вечер, за откровенность, - говорю, когда мы уже идем по тропинке, покинув уютную беседку.

Мы съели все бутерброды, выпили чай. Я ела и мне было так дико вкусно, как никогда в жизни. Конечно, Тай нам в этом помогал. Он так заглядывал в глаза, что не поделиться с моим новым другом было нереально.