Дочь громко и долго смеется.

- Блин, мамуль, я представила, как папаня обрадуется, когда ты ему свои сюрпризы подкинешь, - заливистый смех дочери настроение поднимает.

- А ты уже поняла, что я сделаю? – смеюсь тоже.

- А то! Кстати, контакты адвоката я тебе счас скину. Я тебе лучшего подобрала, многофункционального, чтобы мог папаню в разных позах нагнуть, - задорный голос дочери – это реально лучшее лекарство.

- Отлично. Сейчас его и наберу. Я бы уже завтра действовать начинала.

- Мамулик, выше нос!

- Так точно, Мартусь. Ты только быстрее приезжай.

- Вот сейчас разрулим тут все. У нас мега крутой проект может выгореть. И сразу выезжаю.

Прощаюсь с дочерью. Заряд позитива получила.

Она скидывает контакт адвоката. Хочу набрать его номер, но не успеваю, как дверь кто-то открывает.

Может, друзья Марты у нее иногда ночуют и ключи у них есть? С такой мыслью выхожу в коридор.

Нет. На пороге стоят три здоровых мужика в черных костюмах, еще и с галстуками.

- Вы по какому праву врываетесь в квартиру? – спрашиваю.

А сама прикидываю, как бы до телефона добраться и вызвать полицию. Или мимо них прошмыгнуть в коридор и там на помощь звать.

- Виталий Шилов желает с вами поговорить, - заявляет один из них.

- А я не желаю с ним говорить.

- Проедем с нами, - приказной тон.

- Нет. Я сейчас вызову полицию. Еще раз говорю, покиньте частную собственность.

- Вы отказываетесь? – спрашивает мужик, неприятно скалится.

- Мне не о чем говорить с вашим шефом.

А в следующею секунду мне надевают черный мешок на голову.

Тимур

- Тимаааа… мне плохо… я погибаю, - стонет Арина, лежа с повязкой на глазах. – Как твоя старуха могла такое сделать! Леничка говорил, что она безобидная! Ага! Как же!

- Не называй ее так, - Тимура аж передергивает от этого «старуха».

Он едва переступил порог дома. Злость бурлит в нем. Все пошло по…

Его несколько часов в ментовке мурыжили. Нервы трепали. Видите ли его жена подозревает в подпале дачи. Следак дотошный попался, а нервы и так на пределе.

Бешеные сутки. После того, как Света облила Арину, такой дурдом начался, срочные поиски няни, больница, бесконечные звонки, разборки…

Как же хочется покоя.

Некстати приходит воспоминание. Когда замученный приползал с работы, Света кормила, поила своим чаем на травках, а потом делала божественный массаж головы. И сразу вся усталость пропадала, мог снова бежать и еще рабочий день отпахать.

А сейчас Петя плачет, нянька его успокоить не может, Арина стонет, и самому Тимуру выть хочется.

- Как еще? Тим, она же неадекватная! И мы еще хотели ей ребенка доверить! Нашего наследника! Я не знаю, как она должна будет извиняться. Вот к чему приводит ваше сострадание. Пожалели облезлую, а страдать мне! Ты заявление на нее написал?

- Нет, - Тимур трет виски.

Как у Светланы получалось боль снимать? Боль только усиливается и таблетки не помогают.

- Почему? – Арина меняет тональность на еще более визгливую.

- Потому что я не буду писать никаких заявлений!

- Но как?! Тимур! Старушенция угроза для моей жизни! Она снова может напасть! Она может причинить вред Петеньке! Ее надо заткнуть, устранить, проучить! Она мешает нашему счастью!

- Арин, у меня были адски тяжелые сутки. Давай потом, - Тимур морщится.

- У тебя? Серьезно? – она резко садится на диване, повязку с глаз сдергивает. – Я пострадала! Это я отдувалась за все! А тебе тяжело? Ты не попутал ничего дорогой?

- Ариш, успокойся, дорогая, - заставляет себя ласково улыбнуться. Подходит к ней, обнимает, целует в щеку.

Хотя на самом деле рвать и метать хочется. Не должна была Света все узнать так. Он же готовил почву. Он все продумал. Жена его всегда поддерживала. Светик все и всегда понимала. И если правильно ей преподнести информацию, убедить в необходимости, то не было бы этого всего.

Света бы осознала, насколько важно это для семьи. Помогла советом и была рядом.