А сейчас она ушла. Взбрыкнула и показывает удивительное упрямство.

А ведь ей это несвойственно. Она слишком любит свою семью, преданна до мозга костей.

Тимур надеется, что сейчас пройдет время. Светик немного успокоится, и он с ней поговорит. Пусть остынет.

Светик – его воздух, его сила и подпитка. Это никогда не изменится.

- Я обижена на тебя, Тимур. И тебе придется сильно постараться, чтобы искупить свою вину, - надувает губы Арина.

А ведь при их знакомстве она в рот ему заглядывала. Ловила каждое слово. И с ней было забавно, интересно, да и тело любовницы манило своими формами. Такая нежная, внимательная, скромная.

С Ариной его познакомил Ленька. Сын не переставал ее нахваливать. Тимур вначале на нее вообще внимания не обратил. Проблем было слишком много, чтобы на баб заглядываться.

Но тут неожиданно, Арина помогла решить одну из его проблем. Тимур присмотрелся, а Леня не переставал их сталкивать лбами.

- Ариш, не обижайся. Хватит дуться. Давай не ссориться, - говорит примирительно.

Укладывает ее к себе на колени. Гладит по голове. Лишь бы донимать перестала.

Волосы жесткие, какие-то неприятные, неестественные. Вот у Светы они шелковистые, мягкие… а запах, особенный, неповторимый.

Тьфу, раньше такие сравнения ему в голову не приходили.

С чего вдруг сейчас?

Звонок телефона. Тимур с радостью одергивает руку. Осторожно укладывает Арину обратно на диван. Берет гаджет с маленького столика.

- Я переговорю. Отдыхай, - бросает, направляясь к двери на балкон.

- А кто это? – ревностно спрашивает.

- Сын.

- Приветульки Ленчику! – Арина посылает воздушный поцелуй. – Пусть в гости забегает!

Закрыв дверь, Тимур открывает окно, делает глубокий вдох, и только после этого принимает вызов.

Снова скандал, которого не избежать.

- Ты какого эту срань устроил? – сразу же рявкает на сына.

- Ооо… даже так, - протягивает насмешливо. – И это вместо благодарности, да, пап?

- Леня, нафига ты сжег дачу? – шипит тихо, сдерживается. Хотя хочется орать во всю глотку.

- А кто должен разгребать проблемы? – спойноно интересуется сын. – Иногда обстоятельства требуют жестких мер. – И, пап, не кидайся такими обвинениями. Если что надо обговорить, то при личной встрече.

- Я же сказал тебе тогда по телефону. Пусть идет. Дай ей в себя прийти в тишине, - сейчас спокойствие сына бесит.

Хотя Тимур всегда гордился выдержкой и умением Леонида сохранять хладнокровие в любых ситуациях. Это помогало подписывать важные контракты, разделываться с врагами.

Но сейчас дико хочется человеческих эмоций. С этим не к сыну.

- На даче она чувствовала бы себя комфортно. Это ее угол уединения. Он дарит ложное чувство комфорта. А она должна понимать, что спокойствие и комфорт возможны только в стенах дома, - изрекает Леня, ни капли не меняя тональности. Он уверен на сто процентов в собственной правоте. – Потому, кто-то лишил ее этого угла. Какая досада, - едкий смешок.

- Я ей ее подарил! Это мой подарок! Ты не имел права, не посоветовавшись со мной!

- Ты забыл, где только что был. Зачем снова по телефону молоть чушь.

- Ты дома? – Тимур сжимает телефон в руке.

- Дома. И весьма доволен. Можно сказать, я уладил проблему.

- Я сейчас подъеду.

- Время терпит. Не стоит прямо сейчас мчаться. Побудь с Ариной. Как она себя чувствует? – Леня громко зевает.

- Нормально она. Там ничего серьезного. Тебе привет передавала.

- И ей тоже. Она у тебя умничка, береги ее. Такая женщина тебе досталась. Конфетка, - лениво изрекает.

- Я приеду. Хочу знать, что ты там уладил, - чеканит Тимур и сбрасывает вызов.

Нехорошее предчувствие не дает покоя. Оно все нарастает, и он не может от него избавиться.

Леня действует слишком кардинально. В бизнесе так и надо, иначе конкуренты сожрут. Но ведь Света его мать!

- Арин, я к Лене. Дела. Надо срочно, - бросает, выходя с балкона.

- Как? Ты же только пришел? А я болею… Как я без тебя? – хнычет.