Глава 15

Эркейн прав. Меня немного подкосило все. И место, где я точно почувствую себя лучше – это дом Алиси. Усадьба, как они называют. Сегодня разгребусь с расчетами, а завтра к обеду пожалуем. Надо послать курьера, предупредить, что ужасно соскучился по ее фирменной наваристой похлебке с салом и чесноком. Вот еще один плюс, что без Линары. «Похлебка?! Фи! Плебейская еда». «С чесноком?! О святые Духи! Если ты меня поцелуешь, я просто умру!»

А нас такой похлебкой бабушка. Именно с салом и чесноком. И свежими ржаными лепешками. Готовила она, как и Алиси, сама, не уставая повторять – еда может быть и лекарством, и отравой.

Причем про отраву она не просто так говорила. У родителей нас двое, я и Алиси, а у родного брата отца – целый выводок. И случись что с нами, они прямые наследники. А ради этого можно и повара подкупить, и прислугу, что на стол накрывает.

Харрот меня побери!

Тогда мне казались бабушкины страхи чем-то абстрактным, будто из тех страшилок, что любит сочинять детвора. А сейчас я реально задумался. Нет, я могу признать законным наследником любого ребенка, даже рожденного от наложницы. Но кто б сказал, когда я последний раз ходил на ту половину?

Я невольно позавидовал Зервуду. Как положено аристократам, он считает коммерцию делом недостойным его светлости. Кичится тем, что является членом совета. Причем членство наследственное, а не по заслугам. Участвует в турнирах и волочится за каждой замужней юбкой, чтоб доказать свою удаль. А в закромах – вошь на аркане. Долгов куча, своих крестьян обирает до нитки и не чурается захаживать в таверну, чтоб выиграть в карты у какого-нибудь купца. Вот и все его заботы.

Я тоже собрался завтра отложить все заботы и как простой смертный отдохнуть душой у сестры, повозиться с близнецами, за домашним ликером побеседовать с Ингольфом. И это дорогого стоит! Общение с человеком, которому от тебя ничего не надо.

На следующий день мы – я с Гардом и Элина – отправились в путь. Говорят, что когда человек удивляется, он продлевает себе жизнь. Я своим родным прибавил несколько годков. Увидев Элину, они, как вежливые кролики, радушно улыбнулись, тщательно пряча бестактный вопрос. А я так по ним соскучился, что решил припомнить каверзу, устроенную близняшками, и не спешил давать объяснения, смакуя их нетерпение, как хороший коньяк.

– Знакомьтесь, Элина, – представил я няньку Гарда.

– Алиси, – сестра кивнула в знак приветствия.

– Ингольф, – свояк тоже склонил голову.

Прибежали сорванцы и, неотягощенные излишней воспитанностью, тут же взяли девчонку в оборот.

– А ты почему раньше не приезжала?

– А ты красивая!

Но ответы им оказались пока не нужны, потому что они унеслись со скоростью звука, как я позже понял, устаивать проверку на прочность «новенькой». А слова «ты красивая» прочно засели у меня в мозгу. В мое отсутствие Магда принесла от портнихи симпатичное платье, годное не только для прислуги, но и для аристократки с невысоким доходом. Голубое, в тон удивительным глазам Элины, оно открывало плечи. Но только плечи. Вопреки моде, позволяющей дамам выставлять на показ чуть ли не все прелести, у Элины не видно было даже намека на вожделенную ложбинку. Единственной соблазнительной частью тела, которой можно было любоваться, были трогательно выпирающие ключицы.

Я словно только сейчас увидел, во что она одета и как выглядит и залип взглядом на ее точеной фигурке. Особенно меня зацепили именно ключицы. Никогда не замечал за собой фетишизма, но взгляд постоянно сползал на эти хрупкие косточки, придававшие ее облику подростка некий аристократизм. Наверно так бы выглядела наследная принцесса, сбежавшая из дворца.

И довершали картину разлохматившиеся короткие волосы, делавшие ее похожей на пажа. Святые духи! А я ведь воспринял ее короткие волосы, с вплетенными дешевыми ленточками как показатель принадлежности к простому сословию. Знаю, что многие селянки не отращивают длинные косы, так как за ними тяжело ухаживать. Но селянок никто не будет упекать в Ноктрег! Вот я осел!

Очевидно, озадаченность так отразилась на моем лице, что лица сестры и ее мужа приняли еще более нетерпеливое выражение.

Теперь я полностью осознал, насколько сильно хотят они хотят услышать объяснения. На их месте я бы точно так переминался с ноги на ногу, потому что вопрос в лоб «Она тебе кто?» даже у меня вызвал бы смущение.

– Элина следит за Гардом и за домом, когда я в отъезде.

Алиси едва сдержала облегченный вздох – статус гостьи сразу делал ее неопасной, не требующей тридцати трех китайских поклонов. А Ингольф широко улыбнулся, но не смог спрятать ехидную искорку в глазах.

– Сестра, Элина готова тебе помочь с обедом или с ужином, – разбивая хрустальную картинку, в которой мне привиделась принцесса, я восстановил пошатнувшееся было мировое равновесие. Ну или мое моральное равновесие. Мухи отдельно, варенье отдельно.