​Дверь за ним закрылась, оставив меня наедине с бешеным сердцебиением и четким пониманием: наша война только перешла в новую, куда более опасную фазу.

Я осталась стоять посреди пустой раздевалки, слушая, как затихают вдали его тяжелые, размеренные шаги. Только когда тяжелая дубовая дверь с глухим стуком захлопнулась, мои колени предательски дрогнули.

​Я обессиленно опустилась на ледяной кафель, прижавшись спиной к прохладной меди умывальника. Внутренняя рысь беспокойно металась в грудной клетке, царапая ребра когтями — она была разъярена тем, что нашу добычу спугнули, и одновременно опьянена тем фактом, что Ледяной Король наконец-то ответил на наш зов.

​Воздух всё еще был отравлен тошнотворным запахом черных орхидей Изольды, но на моей коже, там, где ее касались пальцы Элиаса, отчетливо пульсировал морозный озон.

​«И не смей больше прятать свой огонь. Ни от кого».

​Эти слова выжгли клеймо на моем сознании. Элиас Вернер, верховный ректор и цепной пес Министерства, только что лично выдал мне индульгенцию на то, чтобы быть собой. Но в то же время он повесил на мою спину огромную, сияющую мишень.

​Я заставила себя подняться. Быстро ополоснула лицо ледяной водой, смывая остатки сажи и пепла, переоделась в чистую запасную форму и плотно запахнула мантию. Теперь мне нужно было быть предельно осторожной. Изольда Вейн не прощает унижений, особенно если они нанесены в присутствии мужчины, которым она одержима.

​Обратный путь до башни нашего факультета разительно отличался от утреннего. Если раньше первокурсники смотрели сквозь меня, как через мутное стекло, а старшекурсники брезгливо кривили губы, то теперь всё изменилось.

​Стоило мне появиться в коридоре, как студенты замолкали и торопливо расступались, вжимаясь в стены. В их взглядах читался первобытный, суеверный страх.

​Я больше не была «недоразумением с нестабильным резервом».

Я стала хищницей, способной голыми руками разорвать боевого голема.

​А главное — я стала той, чью дикую выходку публично оправдал сам ректор.

​Когда я наконец добралась до нашей комнаты и толкнула дверь, меня оглушил хлопок.

​— Сюрприз! — радостно завопила Марго, потрясая откупоренной бутылкой шипучего яблочного сидра. На ее кровати была расстелена салфетка, усыпанная контрабандными эклерами из городской кондитерской. — Во имя всех богов, Рокси, это было легендарно! Торн выглядел так, будто проглотил жабу, а декан вообще чуть не лопнул по швам!

​Я слабо улыбнулась, закрывая за собой дверь и приваливаясь к ней спиной. Адреналин окончательно отступил, оставив после себя сосущую пустоту и зверскую усталость.

​— Ты выглядишь бледной, — Марго мгновенно отставила бутылку, ее улыбка угасла, сменившись тревогой. Она подошла ближе, вглядываясь в мое лицо. — Эй, ты не ранена? Откат резерва? Я знала, что нельзя выплескивать столько энергии за раз!

​— Я в порядке, Марго. Честно. Просто... — я провела рукой по влажным после умывания волосам. — Просто это был долгий день. И, кажется, я нажила себе очень опасного врага.

​Я подошла к столу, налила себе полный стакан воды из графина и выпила его залпом.

​— Декана? — фыркнула подруга, возвращаясь к сидру. — Да брось. После того, как сам Вернер поставил тебе «превосходно», этот толстяк не посмеет и пискнуть.

​— Нет. Леди Вейн.

​Звон стекла резанул по ушам — Марго выронила стакан, который тут же разлетелся на блестящие осколки. Сидр лужицей растекся по деревянному полу.

​— Старший куратор Вейн? Инквизиторская подстилка? — прошептала Марго, бледнея на глазах. В академии все знали, что Изольда имеет прямые связи с карательным отделом Министерства. — Рокси, где ты успела перейти ей дорогу? Она даже не присутствовала на нашем экзамене!

​— Она пришла в раздевалку после. Искала ректора, — я не стала рассказывать подруге,в какой именно момент Изольда нас прервала. Это было слишком опасно. — Вейн открытым текстом заявила, что моя магия неконтролируема и что я чуть не разнесла арену. Она взбешена тем, что Элиас... магистр Вернер... встал на мою сторону.

​Марго опустилась на край кровати, прямо на рассыпанные эклеры, не замечая, как заварной крем пачкает ее юбку.

​— Если Изольда Вейн возьмется за тебя, она вывернет всё так, будто ты скрытый оборотень-нелегал, — голос подруги дрожал. — Она подаст рапорт о нестабильности твоего дара. Заставит пройти комиссию на чистоту крови.

​— Я знаю, — жестко отрезала я. Моя внутренняя рысь глухо зарычала, готовая защищать свою территорию до последней капли крови. — Но я больше не позволю загнать себя в угол.

​Я подошла к окну и посмотрела на тренировочные полигоны, над которыми уже сгущались ранние зимние сумерки.

​Правила игры изменились.