- Аир не сказал. А я согласился без раздумий и нисколько об этом не жалею. Я был мелким и хилым, без магии. А о чём мечтает такой мальчишка? Стать сильным, смелым, спасти мир.
- Насчёт мелкого и хилого, соглашусь, - с улыбкой перехватил Джай, - но он точно не был слабым. Когда мы с Троем его увидели, не поверили, что это ребёнок. Он сражался с двумя гесейрами, отбивался от хвостов так рьяно, что ему позавидовал бы главный военачальник. Гели продержался дольше, чем десятки взрослых, хотя был ранен в голову и потерял много крови.
Я подошла к лавочке на берегу реки, присела, не скрывая своего изумления от услышанного. Парни сели с двух сторон от меня.
- Вот почему Аир выбрал тебя, - поворачиваюсь к Гели, прикасаюсь пальцами к его гладкой щеке, - ты очень стойкий. Морально и физически. Но мне жаль, что тебе пришлось столько всего пережить.
- В тот день он потерял всю свою семью, - продолжает Джай, а губы Гели начинают подрагивать, - он не хотел уходить без братьев, не понимая, что они больше не встанут.
- Какой ужас…
Он старается не подавать виду, что разговор о прошлом его ранит. Усиленно сохраняет вид равнодушным, но я знаю, что в душе он рыдает, как должен был рыдать десятилетний мальчишка. Теперь я понимаю, что смешки и ухмылки Геликуса – обычный способ защититься от страшащей действительности.
- Значит, сейчас тебе сорок. Почти как Априолю. Подождите, Аир ещё выбрал шестилетнего принца. Он вряд ли соображал, на что соглашается. Дар, Вонт и Дес старше, с ними понятно. Но есть ещё Эндрай. Он совсем молоденький. Сколько ему сейчас?
- Двадцать. Он с нами только пятнадцать лет. Малый сам тебе всё расскажет.
- Я его сегодня не видела, как и остальных. Такое чувство, что они от меня прячутся. Особенно Десидер.
- Нет, - Гели слегка отстранился и привычно ухмыльнулся, - но с тобой рядом сложно просто сидеть.
- Почему же? Вроде неплохо общаемся, - улыбаюсь, перехватывая его пылкий взгляд. – Мне интересно узнать о вас больше и об айраконах. Я вот что ещё подумала… В женщин они не вселяются?
- Нет, только в мужчин. Айракон может синхронизироваться со своей ильфги, и то на короткое время, иначе оба теряют силы.
- Ильфги? – это слово я уже слышала.
Зрачки в светлых глазах Джая стали вертикальными, и он заговорил другим тоном:
- У айраконов никогда не было женщин. Пары подбирались через ритуал призыва. Во время него нужно было зачитывать женские имена, и когда случалось попадание в свою ильфги, женщина перемещалась в мир айракона и становилась женой того, кто её призвал. Важно было обратиться к своей паре по имени и получить от неё согласный отклик. Всё это решалось в ритуале. Женщину напрямую никто не спрашивал, но по тем или иным причинам она была готова покинуть свою прошлую жизнь и перейти в мир айраконов. Чаще всего, эти женщины уже прожили жизнь в своём мире и находились в шаге от смерти. Тело в том мире погибало, а магия айраконов создавала новое и перемещала в него душу. Такие пары мы называем ильфги.
- Ты не хочешь сказать, что…
- Десидер провёл ритуал для вызова магического защитника, а призвал мою ильфги. Он угадал твоё имя, поэтому ты перенеслась в наш мир. Ты пришла в своём теле, вероятно, потому что Дес открыл для тебя портал.
- За истинную любовь айракон отдаёт своё бессмертие, - добавил Джай.
- Ого… Бессмертие… И сколько живёт не бессмертный айракон?
- До пятисот лет. Возраст владников айракона и ильфги такой же.
- Вот это… - слов нет. – То есть у нас впереди ещё более четырёхсот лет?
- Да, девочка моя, - ответил Аир и притянулся к моим губам, жадно всосал язык, углубился в рот.
Я лишь успела ухватиться за ворот рубашки Джая и откинуть голову. Аир подтолкнул меня, и я почти легла на сидящего рядом Геликуса. Он придержал меня двумя руками, приобнял без пошлости.
- Подожди, Аир… - едва дышу. – Мы же не договорили. Объясни мне. Если я твоя ильфги, что это означает для меня?
- Нас связывает священная магия айров. Ты любишь меня, несмотря ни на что, никогда не предашь и всегда будешь на моей стороне. Ты сама этого пока не осознаешь, но больше ты не сможешь без меня, как и я без тебя. Наша любовь безусловна и неизмерима. Она же может разрушать и воссоздавать.
- То есть как такого выбора у меня нет?
- Разве тебе не нравится быть моей? – голос Джая стал твёрже, и по моей коже пробежали мурашки.