— Вы теперь тоже без родного дома?

Элиана хотела сказать, что у нее есть Черное Крыло. Что дом выбрал ее. Что она хозяйка. Но слова застряли.

Потому что дом, который выбирает, не сразу становится родным.

И отец, который продал, не сразу перестает быть отцом.

— Не знаю, — честно сказала она.

Мира кивнула так, будто этот ответ был лучше красивой уверенности.

— Тогда мы можем быть вместе без родного дома.

У Элианы болезненно сжалось горло.

Теон тут же сказал:

— У нас есть башня. Правда, из нее нельзя выходить, так что это больше тюрьма.

— Теон, — сказала Лина.

— Что? Я улучшаю настроение правдой.

— Не всегда выходит.

— Надо тренироваться.

Элиана притянула их обоих к себе. Мира прижалась сразу. Теон сопротивлялся ровно мгновение, чтобы сохранить достоинство, потом ткнулся лбом ей в плечо.

— Я вас не отдам, — сказала Элиана тихо.

Мира закрыла глаза.

Теон пробормотал:

— А мы вас.

Магда отвернулась к окну. Лина уронила в корзину связку тесьмы и быстро вытерла глаза рукавом.

В стене, где скрывалась шкатулка Мирры, светилась одна линия.

Одна ночь до полнолуния.

Но до самой ночи оставался еще день.

День оказался длинным и чужим.

Совет драконьих домов не уехал. После нападения на Миру никто уже не осмеливался говорить, что дело касается только внутреннего порядка Арвендоров. Леди Эстара отправила собственных слуг проверять зеркала, но каждое ее распоряжение шло через Рейнара и Элиану. Лорд Каидан поставил двух своих людей у входа в гостевое крыло, чем привел Моргарта в такую ярость, что тот впервые за все время потерял выдержку и назвал это оккупацией. Каидан ответил, что оккупация обычно шумнее, но при желании он может исправиться.

Ориан принес новые документы.

Сухой, помятый, злой.

— У меня плохие новости и очень плохие новости, — сказал он, войдя в новый кабинет Элианы ближе к вечеру.

Она подняла глаза от списка зеркал, которые приказала убрать из детской башни, западного крыла и коридоров к оранжерее.

— Начните с плохих.

— Род Морренов официально утверждает, что Селеста прибыла в Черное Крыло как будущая супруга лорда Арвендора по предварительному соглашению, подписанному старейшиной Моргартом от имени совета рода.

Рейнар, стоявший у камина, медленно повернулся.

— Моргарт не имел права подписывать брачное соглашение от моего имени.

— Это и были плохие новости. Очень плохие: в приложении указано, что соглашение вступает в силу после отстранения прежней жены в случае пробуждения опасной хозяйской печати.

Элиана положила перо.

— То есть они заранее прописали мое отстранение.

Ориан кивнул.

— Да. И использовали формулировку, которая встречалась в делах прежних хозяйек. «Опасная печать, угрожающая наследникам».

Рейнар тихо выругался.

Огонь в камине поднялся, но не белым — золотым, драконьим. На этот раз дом не оттолкнул его, но и не усилил. Просто позволил гореть.

Элиана заметила.

Рейнар тоже.

— Они собирались повторить старую схему, — сказала она.

— Более аккуратно, — ответил Ориан. — С бумагами, свидетелями, союзом с Морренами и, вероятно, доказательством того, что дети боятся вас.

Мира у окна. Белая лента. «Вы далеко. Если я открою дверь, вы будете ближе».

Элиана сжала пальцы.

— Не получилось.

— Пока, — сказал Ориан. — Извините за неприятную точность.

— Она полезна.

Рейнар подошел к столу.

— Где Моргарт?

— В своих покоях под наблюдением людей Каидана и ваших стражей. Он требует личного разговора с вами.

— Не получит.

Ориан поднял брови.

— Прогресс.

Рейнар посмотрел на него.

— Ты сегодня особенно доволен собой.

— Милорд, за сутки я увидел живую хозяйскую печать, говорящий дом, почти убийство через ленту, юридическое самоубийство старейшины и то, как вы трижды спросили леди Элиану вместо приказа. Исторический день. Грех не наслаждаться.

Элиана устало потерла виски.

— Ориан.

— Да, миледи. Перехожу к делу. Нам нужно найти первоначальный текст соглашения с Морренами. Тот, где не только брак, но и обряд.

Рейнар нахмурился.

— Ты думаешь, он есть?

— Такие семьи не доверяют памяти. Только бумаге, крови и печатям. Если Селеста готовилась к полнолунию, где-то есть инструкция, кто, когда и каким способом должен открыть путь к сердцу дома.

— В гостевом крыле? — спросила Элиана.

— Вероятно. Но после утреннего обыска ее главные зеркала уже запечатаны. Бумаг не нашли. Значит, или она спрятала их в отражении, или передала Моргарту, или…