Развод с драконом. Ненужная жена родового дома
ГЛАВА 1. Развод за ужином
Элиана поняла, что муж привез в дом другую женщину, еще до того, как дворецкий распахнул перед ней двери обеденного зала.
Сначала изменился воздух.
Обычно Черное Крыло дышало тяжело и ровно, как старый зверь, улегшийся на скале над морем. В коридорах пахло камнем, воском, холодным железом, золой в каминах и сухими травами, которые Магда развешивала у окон, ворча, что сырость портит даже драконьи кости. Дом никогда не был уютным в обычном смысле. Он был слишком древним, слишком гордым, слишком привыкшим к приказам мужчин с огнем в крови.
Но за три года Элиана научилась различать его настроение.
Сегодня Черное Крыло молчало неправильно.
Не спало. Не злилось. Ждало.
Она остановилась у верхней площадки лестницы и положила ладонь на темные перила. Дерево под пальцами было теплым, хотя в северном крыле всегда стоял холод.
Легкая дрожь прошла по резной поверхности, будто дом хотел стряхнуть ее руку или, наоборот, удержать.
— Госпожа? — тихо спросила Лина за спиной. — Вам нехорошо?
Элиана убрала ладонь.
— Все в порядке.
Слова получились привычными, гладкими, почти безжизненными. За три года брака она научилась произносить их так, чтобы никто не задавал лишних вопросов.
Все в порядке, когда муж возвращался из столицы и проходил мимо ее покоев, даже не спросив, как она прожила месяц.
Все в порядке, когда старейшина Моргарт называл ее «дитя мое» при слугах, хотя ей давно было двадцать семь.
Все в порядке, когда за столом обсуждали будущее рода, земли, налоги, наследников, а ее мнение не спрашивали даже ради приличия.
Все в порядке, когда Рейнар Арвендор смотрел на нее как на часть обстановки: не мешает — значит, пусть стоит.
Сегодня тоже следовало сказать, что все в порядке.
Но воздух у лестницы пах чужими духами.
Белыми цветами, тонкой сладостью, дорогим холодом и женской уверенностью. Так пахнут не гости. Так пахнет та, кто уже решила, что имеет право остаться.
Элиана медленно поправила манжету темно-синего платья. Платье было красивым, но не любимым. В Черном Крыле вообще мало что принадлежало ей по-настоящему. Даже цвета ее гардероба выбирала не она, а негласные правила рода: синий для законной жены, серебро для приемов, черный для дней памяти, темный изумруд для семейных советов. Никакого алого, чтобы не соперничать с драконьей печатью. Никакого белого, чтобы не напоминать о невесте.
Она усмехнулась про себя.
Белый, значит.
— Госпожа, — Лина сделала шаг ближе. — Может, я скажу, что вы нездоровы? Ужин можно пропустить.
Элиана посмотрела вниз, туда, где в глубине лестницы виднелся освещенный коридор. У дверей обеденного зала стояли двое лакеев. Оба держались слишком прямо. Оба не поднимали глаз.
Это было хуже любого шепота.
— Нет, Лина. Если меня ждут за семейным столом, я приду.
— Вас там не ждут, — вырвалось у девушки.
Элиана повернулась.
Лина тут же побледнела и прикусила губу. Она была молода, всего девятнадцать, с рыжеватыми волосами, вечно выбивающимися из-под чепца, и добрым сердцем, которое в доме Арвендоров считалось почти неприличной роскошью. За последние месяцы именно Лина чаще других замечала, когда Элиана забывала ужинать, сидела до рассвета над хозяйственными книгами или останавливалась перед дверью мужа, так и не решаясь постучать.
— Простите, госпожа, я не должна была.
— Должна, — тихо сказала Элиана. — Иногда хоть кто-то в этом доме должен говорить правду.
Лина подняла на нее испуганные глаза.
Снизу донесся мужской голос. Низкий. Ровный. Властный настолько, что даже камень в стенах будто слушал.
Рейнар.
Элиана не видела мужа почти три недели. Он уехал в столицу на совет драконьих домов, оставив ей короткую записку без обращения: «Вернусь к концу месяца. Прими управляющего из восточного поместья. Р.»
Прими управляющего. Проверь счета. Подпиши поставки. Распорядилась бы кухней к приезду гостей.
Жена в Черном Крыле была полезна, когда надо было сохранять порядок. Ненужна — когда речь заходила о сердце.
Элиана спустилась по лестнице.
С каждым шагом запах белых цветов становился сильнее. Дом не скрипел под ее ногами, хотя старые ступени всегда отзывались на движение. Сегодня они молчали, словно затаили дыхание.
У дверей обеденного зала дворецкий Арам поклонился.
— Леди Арвендор.
Он всегда произносил ее титул без запинки. Не «леди Элиана», не «госпожа», а именно «леди Арвендор». Раньше это казалось ей знаком уважения. Теперь вдруг показалось напоминанием: ее имя в этом доме держалось на фамилии мужа.