Под ним проступили слова:

НЕ ОТДАЛА ИМЯ РЕБЕНКА.

Магда закрыла рот рукой.

— Мариса, — прошептала она. — Значит, правда.

— Что? — спросил Рейнар.

— В детской башне есть старая колыбель без имени. Я думала, легенда. Говорили, Мариса выдумала ребенка, чтобы удержать место хозяйки. А ребенок был.

Элиана почувствовала, как холод поднимается по спине.

— Где он?

Магда покачала головой.

— Если имя ребенка стерли, дом может хранить его глубже, чем женские.

Книга дрогнула.

На странице рядом с именем Марисы проступил маленький знак.

Детская ладонь.

Медный ключ в связке Элианы нагрелся.

В этот миг снаружи, за закрытой дверью комнаты, раздались шаги.

Много.

Потом голос Дарена:

— Милорд! Миледи! Старейшина Моргарт исчез из своих покоев!

Рейнар резко повернулся.

— Как?

— Не знаем. Охрана на месте. Дверь закрыта. Окно запечатано. В комнате осталось зеркало.

Магда прошипела:

— Его же должны были убрать!

— Убрали, — ответил Дарен из-за двери. — Это зеркало появилось на стене. Как дверь.

Элиана посмотрела на книгу.

Полнолуние наступит только завтра.

Но Моргарт уже бежал.

Значит, он понял, что имена начали возвращаться.

Рейнар подошел к двери.

Элиана взяла ключи.

— Он пойдет к Селесте, — сказал он.

— Нет, — ответила Элиана, чувствуя, как дом дрожит под ногами. — К комнате сердца. Через зеркальный путь.

Магда побледнела.

— Тогда времени меньше, чем мы думали.

На стене с именами вдруг вспыхнули все стертые строки.

Голоса женщин поднялись снова, но теперь не криком.

Предупреждением.

Полнолуние ждало завтрашней ночи.

А враги — нет.

Моргарт исчез так, как умели исчезать только те, кто слишком долго строил дом вокруг собственных тайн.

Без шума.

Без сломанных замков.

Без следов на полу.

Его покои стояли запертыми изнутри. Стража у двери клялась, что никто не входил и не выходил. Окна были закрыты, ставни запечатаны огненной меткой Рейнара, камин остыл еще вечером. На столе лежали недопитый настой, раскрытая книга родовых счетов и чистый лист, на котором Моргарт, должно быть, начал что-то писать, но не закончил.

А на стене напротив кровати висело зеркало.

Дарен был прав: утром его там не было. Рейнар лично приказал убрать из комнат старейшины все отражающие поверхности, даже серебряный таз для умывания. Но теперь зеркало занимало почти половину стены. Высокое, узкое, темное, без рамы. Его поверхность не отражала комнату. В ней стоял черный коридор.

Элиана вошла в покои Моргарта вместе с Рейнаром, Магдой и Орианом.

Лорд Каидан остался у двери, выставив своих людей так, чтобы даже мышь из комнаты не вышла без допроса. Леди Эстара пошла к Селесте — проверить, на месте ли та. Архиписарь, бледный и несчастный, пытался одновременно записывать события и не смотреть на зеркало.

Элиана смотрела.

Не потому что не боялась.

Потому что зеркало явно смотрело в ответ.

— Не подходи близко, — сказал Рейнар.

Он произнес это осторожно, но все же быстро, почти старым тоном.

Элиана повернула голову.

Он сразу сжал губы.

— Пожалуйста.

Она кивнула.

— Не подойду.

Ориан тихо заметил:

— Если бы мне вчера сказали, что слово «пожалуйста» станет главным юридическим достижением дня, я бы потребовал прибавку.

Магда бросила на него взгляд.

— Доживи до утра — поговоришь о прибавке.

— Справедливо.

Рейнар подошел к зеркалу на расстояние вытянутой руки. Не ближе. Его огонь не вспыхнул, но воздух вокруг ладоней дрожал от сдержанной силы.

— Моргарт, — сказал он.

Зеркало не ответило.

Только черный коридор в глубине стал длиннее.

Элиана ощутила, как печать на запястье потеплела. Полная печать больше не казалась чужим знаком. Она жила вместе с ее пульсом. Иногда отзывалась раньше мысли, как сейчас.

— Он ушел через отражение, — сказала она.

— Куда? — спросил Ориан.

Элиана закрыла глаза на мгновение.

Комната с закрытым глазом.

Оранжерея.

Сердце дома.

Белая лента.

Селеста.

Все пути переплетались, но один был темнее остальных.

— Не прямо к сердцу. Он не может войти без детей, без Селесты или без меня. Значит, он пошел туда, где можно подготовить обряд.

Магда прошептала:

— Зеркальная часовня.

Рейнар резко повернулся.

— В Черном Крыле нет зеркальной часовни.