Вот теперь маска треснула по-настоящему.

— Вы ничего не знаете о том, что просыпается в этом доме.

Элиана сделала шаг вперед.

— Тогда расскажите.

Селеста засмеялась.

Тихо.

— Дом не выбрал вас из любви, леди Арвендор. Дома вообще не любят. Они голодают. Он позвал кровь Вейрайн, потому что ему снова нужна женщина, которая сгорит вместо него.

Рейнар шагнул к ней, но Элиана подняла руку.

— Продолжайте.

— С удовольствием. Ваш отец знал, что продает. Моргарт знал, что покупает. Рейнар знал меньше, чем должен был, потому что мужчины с виной — удобные слепцы. А вы? Вы вошли сюда в свадебном платье и думали, что вас просто не любят.

Каждое слово било точно.

В зале никто не шевелился.

Селеста улыбнулась.

— Вас не не любили, Элиана. Вас берегли до нужного часа. Как свечу. Чтобы потом поднести к очагу.

Печать на запястье вспыхнула болью.

Рейнар произнес:

— Замолчи.

Но Элиана уже смотрела на Моргарта.

Старейшина не отрицал.

Не сразу.

И этого хватило.

— Мой отец, — сказала она. — Что он получил?

Моргарт молчал.

Ориан тихо открыл папку.

— Деньги, закрытие долгов, восстановление титула младшей ветви и пожизненное содержание. Плюс отдельный пункт о невмешательстве рода Вейров в судьбу дочери после брака.

Элиана повернулась к нему.

— У вас есть документ?

Ориан достал лист.

Лицо его было непривычно жестким.

— Я нашел его ночью.

— Почему не сказали?

— Хотел проверить печати. И… — он помолчал. — Не хотел давать вам это перед советом, если не придется.

Она взяла лист.

Буквы расплывались.

Не от слез. Слез не было.

Договор между родом Арвендоров и лордом Савианом Вейром.

Суммы.

Обязательства.

Передача дочери Элианы Вейр в брак с лордом Рейнаром Арвендором с учетом скрытой линии хранительниц.

Скрытой линии.

Не дочери.

Линии.

Отец продал не ее руку.

Он продал кровь.

И знал, что после брака не имеет права вмешиваться.

Знал, что она останется одна.

Элиана читала до конца. Аккуратно. Медленно. Чтобы никто в зале не увидел, как сильно хочется согнуться пополам.

Потом сложила лист.

— Спасибо, лорд Таль.

Голос был ровным.

Слишком ровным.

Рейнар стоял рядом, и вся его ярость вдруг стала бессильной. Он не мог исправить этот лист. Не мог вернуться назад. Не мог заставить ее отца не подписывать.

— Элиана, — сказал он.

Она не посмотрела на него.

Пока нет.

Если посмотрит сейчас и увидит в его глазах жалость, может не выдержать.

— Лорд Моргарт, — сказала она. — Вы купили последнюю хранительницу.

— Я спас дом, — ответил он наконец.

— Нет. Вы купили женщину, чтобы использовать ее, когда придет время.

— Без хранительницы Черное Крыло погибло бы.

— А со мной?

Он ничего не сказал.

Селеста ответила за него:

— А с вами у дома есть шанс пережить полное пробуждение. Если, конечно, вы выдержите.

Элиана повернулась к ней.

— А вы хотели занять мое место зачем? Чтобы спасти дом?

Селеста улыбнулась.

— Чтобы взять то, что ваш род слишком глупо отдавал даром.

Теперь все стало ясно.

Не полностью. Но достаточно.

Селеста не хотела быть просто женой Рейнара. Не хотела только статуса. Она хотела доступ к просыпающемуся Черному Крылу, к его сердцу, к силе, которую можно открыть через детей и хозяйскую печать.

— Уведите леди Моррен, — сказал Рейнар.

Стражники шагнули вперед.

Селеста не сопротивлялась.

Она только посмотрела на Элиану так, будто между ними теперь не было ни притворства, ни красивых слов.

— Две ночи, хозяйка, — сказала она тихо. — Посмотрим, кого дом съест первым.

Ее увели.

Моргарт остался.

Но теперь на него смотрели все.

Лорд Каидан встал.

— Совет требует немедленного отстранения лорда Моргарта от любых решений, касающихся детей, печати и брака, до завершения расследования.

Моргарт резко повернулся к нему.

— Вы не имеете власти в доме Арвендоров.

Леди Эстара сказала:

— Но имеем власть над межродовым судом. А после увиденного я охотно созову его еще до полнолуния.

Ориан добавил:

— И у нас есть документы. Много. Некрасивых.

Моргарт посмотрел на Рейнара.

— Ты позволишь чужим родам судить своего старейшину?

Рейнар ответил не сразу.