Слово прошло по ней так, будто где-то глубоко открылась дверь, о существовании которой она не знала.

Печать на запястье стала теплой.

Сорена медленно поклонилась.

Очень низко для своего возраста.

— Черное Крыло выбрало не случайную жену. Оно позвало кровь, которую у него украли.

Моргарт резко встал.

— Довольно старческих сказок!

Но поздно.

Все уже услышали.

Рейнар смотрел на Элиану так, будто вместе с ней впервые видел настоящую причину их брака.

Ориан тихо, почти с удовольствием, сказал архиписарю:

— Запишите и это. Особенно это.

Селеста поднялась со своего места.

— Это ничего не меняет.

Элиана повернулась к ней.

Вокруг ее ног лежали ключи. За спиной горел белый очаг. На стене светилось: ХОЗЯЙКА ПРИЗНАНА.

— Ошибаетесь, леди Моррен, — сказала она. — Меняет все.

И в этот миг где-то высоко, в детской башне, закричала Мира.

Крик Миры ударил по залу сильнее белого огня.

Элиана сорвалась с места первой.

Ключи у ее ног взлетели сами, будто поднятая тревогой стая. Одни ссыпались обратно к владельцам, звеня по полу и столу, другие исчезали в воздухе тонкими искрами, возвращаясь в замки. Но пять ключей остались при ней: черный в форме крыла, медный детский, серебряный от галереи, зеленоватый от кабинета и ледяной с закрытым глазом.

Они не упали.

Они сами легли ей в ладонь.

Рейнар оказался рядом через миг.

— Детская башня.

— Я знаю.

Она уже бежала к дверям.

За спиной кто-то вскочил, кто-то спросил, можно ли покинуть заседание, архиписарь уронил перо. Лорд Каидан выругался коротко и двинулся следом. Леди Эстара поднялась почти беззвучно. Моргарт тоже пошел, но Рейнар обернулся так резко, что старейшина остановился.

— Вы останетесь здесь.

— Если наследникам угрожает опасность…

— Именно поэтому.

Голос Рейнара был тихим, но в нем стоял дракон.

Моргарт побледнел от ярости.

Селеста шагнула вперед.

— Рейнар, Мира могла испугаться после всего, что устроила ваша жена. Я могу помочь успокоить…

Белый огонь главного очага взвился до потолка.

Селеста отступила.

Элиана даже не посмотрела на нее.

Каждая секунда казалась слишком длинной.

Детская башня находилась не так далеко от зала рода, но сейчас коридоры Черного Крыла сжались, меняясь на ходу. Дверь, которая обычно вела в малую гостиную, открылась прямо на лестничный пролет. Каменная стена разошлась, пропуская их через служебный переход, о котором Элиана не знала. Свечи вспыхивали впереди белыми точками.

Дом вел.

И торопился.

Это пугало сильнее всего.

У входа в детскую башню двое стражников стояли бледные, с мечами наголо. Третий сидел на полу, прижимая руку к виску. На двери чернел след, похожий на отпечаток маленькой ладони.

Дарен был внутри.

— Миледи! — крикнул он, когда Элиана ворвалась в комнату.

Детская гостиная была перевернута.

Не разгромлена — нет. Хуже. Все выглядело так, будто комната сама пыталась защититься и не успела понять от чего. Стулья отодвинуты к стенам, шторы сорваны, деревянные ложки рассыпаны по полу. Камин горел белым, но пламя было низким, больным. На стене, где дом спрятал шкатулку, осталась только одна светлая линия.

До полнолуния должно было оставаться две ночи.

Одна исчезла раньше срока.

Мира стояла у окна.

В ночном? Нет, не в ночном. В своем утреннем платье. Но вокруг ее талии была повязана белая лента.

Тонкая.

Та самая из сна.

Девочка не двигалась. Глаза открыты, но взгляд пустой, стеклянный. Одна рука лежала на оконной ручке. Створка была распахнута настежь. За ней — высота башни, ветер, море и скалы далеко внизу.

Теон лежал на полу рядом с Магдой, которая удерживала его обеими руками.

— Отпусти! — хрипел он. — Она пойдет наружу!

— Не дергайся, дурная голова! — рявкнула Магда. — Сорвешься за ней!

Лина плакала беззвучно у стены, прижимая к себе разбитую чашку. На ее щеке алела тонкая царапина.

Элиана сделала шаг к Мире.

Рейнар схватил ее за руку.

— Осторожно.

Она не вырвалась сразу.

Потому что увидела: пол между ними и девочкой покрыт тонкими серебряными линиями. Не трещинами дома. Нитями. Они тянулись от белой ленты на Мире к окну, от окна — к пустому месту на стене, где лежала шкатулка, оттуда — к углам комнаты.

Зеркальный круг.

Без зеркала.

Селеста нашла другой путь.

— Мира, — сказала Элиана.

Девочка не ответила.