Ночь прошла тревожно. Ванесса не спала — лежала в постели, прислушиваясь к звукам замка. Дамиан был на стенах — он ушёл сразу после ужина и не возвращался. Грета сидела на башне вместе с Полем — они патрулировали небо. Эдгар дежурил у ворот.

Ванесса ворочалась, сжимая в руках вязание, очередной чехол — на этот раз для кинжала, который Дамиан подарил ей неделю назад, «на всякий случай». Она думала о том, что завтра — или через день, или через час — всё может измениться. Что в замок, который стал ей домом, ворвутся враги. Что человек, который стал ей мужем, будет рисковать жизнью. Что она может потерять всё, что обрела.

И эти мысли... приводили её в ярость.

Она не для того прошла через всё это, чтобы какой-то культист всё разрушил. Нет, она будет бороться. Даже если её магия — не боевая, а бытовая. Даже если её сила — не в ауре, а в упрямстве.

Она будет бороться.

Утром Дамиан вошёл в спальню. Он был в доспехе, с мечом на поясе, и выглядел так, будто не спал всю ночь. Его лицо было мрачным — мрачнее, чем когда-либо за последние недели.

— Они близко, — сказал он. — Разведчики докладывают: культ в пяти милях. Они будут здесь к полудню.

Ванесса встала.

— Я готова.

— Вы помните условия?

— Подвал и не высовываться.

— Хорошо. — Он помолчал. — Я хочу, чтобы вы пошли туда сейчас.

— Сейчас? Но они ещё не...

— Сейчас, — повторил он. — Я не хочу рисковать. Если они ударят раньше, чем мы ожидаем...

— Я не пойду в подвал за пять часов до атаки!

— Ванесса...

— Дамиан!

Они стояли друг напротив друга — она в ночной рубашке, он в полном боевом доспехе, — и сверлили друг друга взглядами. Грета, сидевшая в гостиной, демонстративно отвернулась к окну. Эдгар, принёсший завтрак, замер в дверях с подносом в руках.

— Я не пойду в подвал, — отчеканила Ванесса. — Я буду в приёмной, в восточном крыле. Это далеко от стен, там безопасно. Но я не буду сидеть в подвале, как мышь, пока вы сражаетесь.

— Это небезопасно. Восточное крыло...

— Восточное крыло — моё агентство. И я буду там. — Она скрестила руки на груди. — Это моё последнее слово.

Дамиан смотрел на неё. Его желваки играли, а тени за спиной бурлили.

— Хорошо, — произнёс он наконец. — Восточное крыло. Но если начнётся атака — вы немедленно идёте в подвал.

— Договорились.

Он резко развернулся и вышел. Ванесса выдохнула. Грета повернулась от окна.

— Ты снова победила, — заметила гаргулья.

— Это не победа. Это компромисс.

— Для верховного инквизитора любой компромисс с тобой — это поражение. — Грета хмыкнула. — Он привыкает, это хорошо.

Ванесса оделась в простое серое платье и отправилась в восточное крыло. Там, в приёмной «Последнего шанса», она села за стол и попыталась работать, но мысли всё время возвращались к стенам, к воротам, к человеку в чёрном доспехе, который сейчас стоял где-то там, глядя на приближающуюся тьму.

В полдень она услышала первый удар.

Это был не звук — ощущение. Глухой, низкий гул, от которого задрожали стёкла в витражах. Герань на подоконнике качнулась. Где-то вдалеке закричал Поль — пронзительно, тревожно: «Тьма! Тьма и-дёт!»

Ванесса вскочила, подбежала к окну — и увидела.

Над лесом, окружавшим замок, сгущалась тьма. Чёрное облако, которое двигалось против ветра, разрастаясь и поглощая свет. Оно наползало на замок, как живое существо — медленно и неотвратимо. Солнце, ещё час назад яркое, теперь казалось блёклым, будто его закрыли грязным стеклом.

— Начинается, — прошептала Ванесса.

В этот момент дверь приёмной распахнулась.

На пороге стоял Дамиан. Он был в доспехе, но без шлема, и его лицо было бледным, а глаза горели тёмным пламенем.

— Вы идёте в подвал, — произнёс он. — Сейчас.

— Но...

— Сейчас, — повторил он. — Никаких возражений. Это приказ.

— Я не...

— Это. Приказ.

Он схватил её за локоть — не грубо, но крепко — и повёл к выходу. Ванесса попыталась вырваться, но его хватка была железной. Они прошли через коридор, спустились по лестнице, миновали главный холл — и остановились перед дверью в подвал.

Эдгар и Грета уже были там.

— Вы останетесь здесь, — сказал Дамиан, подталкивая Ванессу к двери. — Пока я не вернусь. Эдгар, заприте дверь изнутри. Не открывайте никому, кроме меня.

— Слушаюсь, хозяин, — прошептал Эдгар.

— Дамиан... — начала Ванесса.

Он не слушал. Он уже повернулся, чтобы уйти — к стенам, к воротам, к битве.

И тогда Ванесса сделала то, что умела лучше всего: она отказалась подчиняться.

— Нет, — сказала она.

Дамиан замер.

— Что?

— Нет. Я не пойду в подвал. — Она высвободила локоть из его хватки. — Я ваша жена. Я остаюсь с вами.

— Ванесса, это не...

— Если вы заперёте меня в подвале, — перебила она, и голос её зазвенел, — я выберусь. Вы знаете, что я выберусь. Я выбиралась из всего, во что вы меня запирали. И если вы запрёте меня сейчас — я выберусь снова и приду к вам.