Грета покачала головой, но спорить перестала. Ванесса уже строчила письмо. На этот раз — в двух экземплярах. Лила и Мила были близняшками, но Ванесса знала по опыту: приглашать их нужно было обеих. По отдельности они отказывались — «мы парный набор», как они сами выражались.

«Дорогие Лила и Мила! У меня есть для вас нечто особенное. Клиент — высокий, мрачный, с потрясающей аурой. Серьёзный, влиятельный. Приходите сегодня в полдень. С любовью, Ванесса Тиррен».

Письма были отправлены с двумя голубями (на этот раз — под строгим надзором Греты, которая поклялась «не есть почтовых, даже если они сядут мне на голову и будут танцевать чечётку»). Ответ пришёл почти мгновенно — близняшки жили неподалёку, в бывшем склепе на городском кладбище, переоборудованном под жилую недвижимость.

«Ванесса, дорогая!!! Мы в восторге!!! Обожаем мрачных!!! Обожаем высоких!!! Обожаем серьёзных!!! Будем ровно в полдень!!! С маленьким другом!!! Три восклицательных знака — Лила. Три восклицательных знака — Мила. Итого шесть восклицательных знаков. P.S. А какой у него рост в сантиметрах?»

— Перебор восклицательных знаков, — прочитала Грета. — Это диагноз.

— Это энтузиазм, — поправила Ванесса. — Энтузиазм — это хорошо. Энтузиазм — это то, чего нам не хватало.

— Нам не хватало мозгов, — проворчала Грета. — Энтузиазма у нас всегда было в избытке.

Оставшееся до полудня время Ванесса потратила на уборку. Она перевернула стол, собрала рассыпанные карточки, отмыла пол от пены и даже попыталась оттереть пятно, оставшееся на том месте, где Моргана вонзила когти в стену. Пятно не оттиралось. Ванесса повесила поверх него картину — всё тот же горный пейзаж, подаренный гномами.

Ровно в полдень дверь открылась, и вошёл Дамиан Мортегар.

Он окинул взглядом приёмную — оценил чистоту, целостность мебели, отсутствие пены и огнетушителя, который Ванесса предусмотрительно убрала в шкаф.

— Сегодня чисто, — констатировал он.

— У нас новые кандидатки. — Ванесса решила сразу брать быка за рога. — Их две.

— Две? — бровь Дамиана приподнялась.

— Близняшки. Лила и Мила. Они... э-э-э... они ищут одного мужа на двоих. — Она затараторила быстрее: — Это очень удобно! Вы получаете сразу двух жён, они делят обязанности, у них всё по справедливости...

— Госпожа Тиррен, — перебил Дамиан, — я ищу одну жену. Не двух.

— Но это же выгоднее!

— Я не торгуюсь на брачном рынке.

— Но...

— Одна. — Отрезал он. — Одна жена, таков закон. Если бы требовалось две, император ввёл бы другую поправку.

Ванесса вздохнула. Ладно, одну — так одну. Может, одна из близняшек согласится отдельно? Или они устроят между собой дуэль за право выйти за инквизитора? Впрочем, некромантки были на редкость миролюбивыми — они даже пауков не убивали, а аккуратно выносили на кладбище, «поближе к родственной атмосфере».

— Хорошо, — сказала она. — Посмотрим, как пойдёт.

Дверь распахнулась.

Близняшки Могильные ворвались в приёмную, точно два урагана, одетые в чёрное. Это было первое, что бросалось в глаза: они были полностью в чёрном. В чёрных платьях, чёрных чулках, чёрных туфельках и чёрных шляпках с чёрными вуалетками. Даже зонтики у них были чёрные. И сумочки — тоже. И, кажется, даже румяна на щеках имели какой-то неестественно тёмный оттенок.

Но при этом они улыбались. Широко, жизнерадостно, демонстрируя белые зубы. У обеих были светлые волосы — единственное светлое пятно во всём этом мраке — забранные в одинаковые хвостики. Глаза — голубые, сияющие, полные энтузиазма.

— Ванесса! — хором воскликнули они, простирая руки.

— Лила! Мила! — Ванесса тоже раскинула руки, и они обнялись — все трое, образуя на мгновение живой клубок из чёрного кружева и светлых волос.

Дамиан наблюдал за этой сценой с выражением лица человека, который видел странные вещи, но это, пожалуй, входило в тройку лидеров.

— Девочки, позвольте представить, — Ванесса высвободилась из объятий и указала на Инквизитора, — Лорд Дамиан Мортегар. Верховный инквизитор империи.

Близняшки повернулись к Дамиану. Повисла пауза — крошечная, в долю секунды, — а потом их глаза расширились. Голубые глаза, полные энтузиазма, уставились на него с таким восторгом, с каким дети смотрят на новогодний фейерверк.

— О-о-о! — выдохнула Лила (или Мила? Ванесса никогда их не различала).

— Какая аура! — подхватила вторая.

— Густая! Насыщенная! Мрачная!

— Как хороший кофе!

— И эти тени! Они шевелятся!

— А искры! Вы видели искры? Это же настоящее тёмное пламя!

Дамиан, который явно не привык, чтобы его ауру хвалили, точно заварку, чуть наклонил голову.

— Вы находите мою ауру... привлекательной? — уточнил он.

— Привлекательной? — переспросила одна из близняшек. — Да это лучшее, что мы видели за последний год! Настоящая, аутентичная тьма! Без примесей!

— Без разбавителей! — добавила вторая.