Зато, если я сплю и догадалась об этом, мне позволено было творить все, что угодно! Я так часто делала во сне. Каждый раз, осознав себя в сновидении, я принималась летать, прыгать с крыш, даже иногда колдовать получалось. Я попыталась повыше подпрыгнуть, чтобы зависнуть над полом, но вместо этого, тяжело приземлившись в неудобных войлочных ботинках на крашеный пол, чуть не подвернула ногу. Странные какие-то глюки, недружелюбный сервис.
Я отправилась бродить по избе, внимательно изучая каждую деталь. В отличие от той, где я заснула, эта была вполне себе жилая и ухоженная. Веселенькие стиранные занавесочки с кружевной каймой, вязаные крючком салфетки на деревянных подоконниках… Во второй комнате, побольше той, где было бюро с телефоном, стояла тех же времен широкая полированная тумба с черно-белым телевизором, украшенным белоснежной ажурной салфеткой. Ее треугольный край свисал на потухший экран. Я словно попала в какой-то очень старый фильм в деревенском антураже. Даже в доме у бабушки бывшего таких атрибутов уже не было. Да и печь там давно снесли и заменили на газовое отопление.
Я поймала себя на мысли, что мне страшно просыпаться. Здесь было так мило, уютно, душевно. Наверное, именно такой я и воображала свою дачу мечты, когда ввязалась в авантюру с покупкой гнилой рухляди. Может, поэтому мне и снился этот сон, который только уж очень смахивал на реальность. Все-таки точно грибы.
«А вдруг я попаданка?» — Я усмехнулась от забавной мысли. А что, очень популярный сегодня книжный жанр, как кто-то очнулся в другом времени, в другом мире и в чужом теле. Я читала несколько таких романов. Вот я, например, пришла в себя в теле деревенской женщины середины двадцатого века. Несмотря на всю странность ситуации, я даже хихикнула, и у меня капельку поднялось настроение. Хотя, конечно, это было несправедливо. Книжные попаданки чаще оказывались в теле принцесс или волшебниц. А я тогда почему очнулась в деревенской бабе?
В комнате с телевизором на стене висело большое, почерневшее по краям зеркало в громоздкой раме. Оно, похоже, осталось здесь не с советских времен, а еще с дореволюционных. Мне даже было боязно поначалу в него смотреться, очень уж оно напоминало зловещий атрибут из сериалов о призраках. Но я вроде никогда не страдала от суеверных страхов, поэтому наконец рискнула взглянуть на свое отражение и даже ощутила легкий укол разочарования. Кажется, я была готова увидеть себя в другой одежде, больше подходящей окружающей обстановке, а может, даже не себя. Но увы, я осталась в своем теле и своих шмотках. Из отражения на меня смотрела помятая, слегка опухшая, но я. Мои круглые серые глаза, чуть вздернутый нос, пухлые губы — верхняя слегка выдается над нижней, из-за этого меня подруга в институте дразнила нимфеткой. Прическа, правда, совершенно потеряла форму после вчерашних уличных посиделок и беспокойного сна. Темно-русые волосы слиплись и некрасиво сползали вдоль шеи. Стоило привести себя в порядок, хотя бы умыться и расчесаться. Некое подобие кухни я вчера обнаружила в холодной части дома, рядом с верандой. Там была ржавая раковина, по дну которой расползались черные, пушистые соцветия плесени. Из еще более ржавого крана с единственной ручкой при открытии потекла тонюсенькая струйка воды и почти сразу иссякла. На крошечном столике, застеленном грязной, изрезанной клеенкой, стояла походная плитка с одной конфоркой. Ее работоспособность я проверять не стала.
В этой «параллельной реальности» подвесной умывальник и мойка находились в той же комнате, что и печь, рядом стояла большая бочка с водой. Я подергала рычажок: в умывальнике тоже что-то оставалось. Торопливо, чтобы не расходовать много воды, я освежила лицо и стала искать расческу. Рюкзак с документами, косметикой и прочим я вчера оставила на старой табуретке при входе. Но сейчас вместо табуретки там располагалось бюро с телефоном. А где же тогда мои вещи?!
Я принялась судорожно обшаривать полку бюро, двигала туда-сюда дверки, в надежде, что чудесным образом рюкзак «переместился» вместе со мной и теперь пространственно находится на том же месте. Увы, моих вещей нигде не было. Я пробежалась по дому, уже не обращая внимание на его уют и чистоту. Со спинки кровати, на которой я спала, свешивалась скомканная куртка: видимо, я согрелась во сне, разделась и отпихнула ее в ноги. Кроссовки обнаружились, раскиданные в разные стороны под кроватью. Я припомнила, как ночью, попыталась их надеть, но не нашла и пошлепала в одних носках к выходу, а на выходе уже нашла эти страшные ботинки «прощай, молодость» и за неимением лучшего нацепила их.