— Это не шутки, сэр, именно она повредила линии. Как, не знаю, — Этьен говорил спокойно и уверенно, но я слишком хорошо знал приятеля, он испугался.

— Вы перегнули, — очень тихо бросил я и выпрямился, обвел взглядом всех троих. — Сейчас предупредите всех о конце поисков, а после жду в казармах. Вас ждет наказание.

И я резким шагом пошел прочь, иначе боялся навредить шутникам. Не тут-то было. Этьен догнал через десяток метров, отшатнулся, когда я резко повернулся к нему. Заговорил тихо, но уверенно:

— Сэр, это моя идея, ребята не виноваты. Они не знали, что я задумал.

Зубы скрипнули, но даже десять пройденных шагов помогли взять себя в руки, и я вновь стал собой, спокойным, хотя бы внешне, и холодным.

— Поговорим об этом в казармах, боец, но вы зря берете всю вину на себя. Думаю, вам послужит уроком отстранение от командования.

Этьен побледнел, больше никак отреагировать не успел. В коридоре показался Адриан. Шел быстро и явно к нам.

— Ну как находка? — во все зубы улыбнулся он, остановившись рядом. Окинул нас удивленным взглядом и понимающе поморщился.

— Эмиль, это моя идея. Не злись на ребят, — попросил и, подцепив меня под руку, потащил прочь от застывшего шипа, делая тому многозначительные знаки глазами и бровями. — У нас насос поломался, как раз под покоями Эмилии. А она ведь раньше всех встает, вот и решила в пустую комнату сходить. Не учла лишь одного, что ее проснувшийся дар повредит защиту. Ты, кстати, дурень, что не сказал. Спасибо ребятам, рассказали, что было в парке, а так бы и я носился по дворцу с горящей… да. Первым делом к ней пошел и не прогадал. Дин в этом коридоре дежурил, он и рассказал, где и что.

Я не мог произнести ни слова. Внутри все перевернулось от осознания подлости советника.

— Ты-ы, — наконец зашипел я, вырвал руку и едва удержался, чтобы не схватить советника за грудки.

— Да прекрати ты, теряешь лицо, — буркнул он недовольно и побрел дальше, словно меня и не было. Пришлось догонять, успокаиваться и шипеть вопросы.

— Он ее видел, да? В ванной?

— Нет, — коротко бросил он. — Только как она в комнату заходила.

— Зачем? — с внезапным облегчением спросил я.

— Да потому что тебе пора разуть глаза! — рявкнул Адриан, покосился на меня, понял, что я ничего не понимаю, и тихо выругался. — Эмиль, когда тебя заперли в комнате с гадающими леди... обнаженными, прошу заметить! Ты ржал громче всех, а сейчас? Едва парней не пришиб!

— Сравнил этих… леди и Эмилию! Наивного ребенка и этих кошек драных!

— То есть, ты вообще не понимаешь, да? — тихо уточнил он, покачав головой.

— Да что я должен понимать?!

— Идем, Эмиль, нас ждут дела, — печально хмыкнул он, стукнув меня по плечу. Ничего объяснять, естественно, не стал. Велел только: — Ребят трогать не смей.

— Подежурят ночью, — буркнул я, правда, успокоившись. — Иначе сам себе не прощу. Заодно заменят меня. Мне нужно… проветриться. Аарон звал выпить и отдохнуть. После вашей шутки самое оно.

Адриан повернулся ко мне, оценивающе прошелся по лицу, хмыкнул как-то досадливо и махнул рукой. Я стал чувствовать себя дураком, который чего-то не знает. Причем для всех остальных это не секрет. Но выспрашивать не стал. Захочет, расскажет. А стоило освободиться, отправил записку Аарону, а то напряжение становилось лишь сильнее… стоило вспомнить увиденное в комнате.

Глава 21

Эмилия

Урок с гувернанткой, как час пытки, наконец-то завершился, и мы с Лили блаженно потягивали лимонад в столовой. В этот момент к нам подошел лорд Адриан Бекер.

— Доброго дня, Ваше Высочество, мисс Райт, — отвесил он чопорный поклон.

Лили, мгновенно позабыв о лимонаде, настороженно выпрямилась.

— Что-то случилось, сэр Бекер? — спросила она с подозрением.

— Я хотел бы попросить вас… и мисс Райт… больше не прикасаться к линиям защиты, — произнес он с таким видом, будто ему лично пришлось их устанавливать.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам.

— Простите,— виновато пожала плечами принцесса, — но у моей фрейлины… открылись магические способности. Представьте, у человека!

— Это… весьма замечательно, — заметил он, — и требует скорейшего… обучения.

Я издала протяжный, тоскливый вздох. Обучения? Это звучало как приговор.

— Не волнуйся, Мили, — успокаивающе проговорила Лили, сжимая мою руку, — хорошо, что это произошло здесь, у нас. А представь, какой бы переполох был в деревне!

Я лишь кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. В деревню нельзя, свободной жизни нельзя, ничего нельзя! Слезы невольно навернулись на глаза.

— Ваше Высочество, разрешите мне отойти, — пролепетала я, стараясь не разрыдаться.

— Конечно, — участливо кивнула принцесса, понимая мое состояние.