— Ксиландор, — голос Арриона звучал опасно тихо. — Почему все наши гости, включая борзых, занимаются йогой под руководством незнакомой земной женщины в фиолетовом костюме?

— Ну, видите ли… — Ксиландор заерзал. — пока вас не было, заскучала наша гостья, Элиана. Она искала Ольгу, чтобы обсудить что-то. А я… я не знал, что сказать! Вы были на сверхважной миссии, отвлекать вас было нельзя! И я не мог придумать ничего лучше, чем сказать, что Ольга… устраивает какое-то… ну… мероприятие для персонала и гостей!

Я закрыла глаза. Господи.

— И твоей гениальной идеей было устроить всеобщую йога-сессию? — не поверила я.

— Не просто сессию! Мастер-класс от профессионала! — оживился Ксиландор. — Я поручил Дому найти ближайшую школу йоги на Земле с отличными отзывами и пригласить самого энергичного инструктора. Дом справился блестяще! Я связался с Маргаритой Петровной, — он кивнул в сторону громогласной женщины, — Она чемпионка района по скандинавской ходьбе и обладательница сертификата «Йога для продвинутых»! Она, надо сказать, оказалась женщиной действия. Сказала: «Я за любой кипиш, кроме голодовки!». В течение часа все было организовано!

— А как она… — я кивнула в сторону борзых, одна из которых в этот момент, потеряв равновесие, мягко плюхнулась на бок, тихо взвыв: «Проклятая поза лодки!»

— О, это самое гениальное! — Ксиландор оживился. — Чтобы она ничего лишнего не заметила, я попросил Дом слегка замылить ей глаза. Ну, знаешь, чтобы говорящие собаки и эльфы с рожками казались ей просто очень увлеченными актерами.

Я закрыла глаза, чувствуя, как начинается головная боль. Аррион стоял, опустив голову, и его плечи слегка тряслись. Не знаю, плакал он или смеялся.

— Хорошо хоть, что до этого ты додумался, — наконец выдавил Аррион. — Иначе пришлось бы объяснять даме, почему у половины класса есть хвосты, рога или клыки.

— Вот именно! — Ксиландор сиял, приняв это за похвалу. — Так что всё под контролем! Можете идти решать свои важные дела. Я тут присмотрю. Сеанс йоги скоро закончится, потом будет чай с овсяными печеньями!

— И где ты взял на всё деньги? — спросила я, уже догадываясь об ответе.

— Ну… из кассы заведения, разумеется! — Ксиландор сделал широкий жест. — Дом мне сам ее открыл. Это же инвестиция в хорошее самочувствие и лояльность клиентов! Посмотрите на них! Все счастливы, увлечены, забыли о своих межрасовых и межличностных конфликтах! Разве это не прекрасно?

Нужно было отдать ему должное — в зале царила атмосфера странного, но искреннего единения. Даже вечно брюзжащие исследователи, преодолев боль, теперь с гордым видом пытались сделать наклон. Эльфы-подростки щебетали от восторга. Демоны хиппи тихо напевали мантру. Борзые, кажется, смирились с участью отстающих.

— Разберись с этим, — сказала я Ксиландору, стараясь говорить строго. — После окончания сеанса проводи Маргариту Петровну обратно, щедро заплатив. И чтобы это больше не повторялось.

— Конечно, конечно! — закивал Ксиландор, явно обрадованный тем, что отделался легким испугом. — Все будет сделано на высшем уровне!

Мы с Аррионом развернулись и ушли, оставив за спиной команду Маргариты Петровны: «А теперь — поза ребенка! Расслабляемся!»

Спустившись в подвал, к тихому гудению Сердечного Механизма, мы наконец остались наедине с принятым решением. Воздух здесь пах озоном и старым камнем. Мы остановились перед Сердцем. Инструкция к ритуалу, оставленная Странником, чётко и ясно лежала в наших умах, как будто всегда там была.

— Ну что, — сказала я, оборачиваясь к Арриону. — Готов стать частью корабля, партнер?

Он стоял, скрестив руки, его взгляд скользил по сложным узорам трубок и шестеренок.

— Не самый романтичный вариант слияния, который я представлял, — парировал он с тенью улыбки. — Но, учитывая альтернативу в виде разборки на запчасти магическими бюрократами… Да, готов. Ты?

Я подошла к механизму, положила ладонь на теплую медную трубу. Дом отозвался тихой, успокаивающей вибрацией.

— Я не готова потерять это, — сказала я честно. — Не готова потерять Дом, команду… тебя. Всё, что было до этого — работа, брак, жизнь на Земле — кажется теперь такой мелкой и далёкой. Здесь я нашла что-то настоящее. Даже если это «настоящее» включает в себя драконов-маркетологов, устраивающих йогу для борзых.

Уголок губ Арриона дрогнул.

— Для меня этот Дом — последняя связь с отцом. И… первая настоящая связь с кем-то ещё, — он наконец повернулся ко мне. Его синие глаза в полумраке блестели.