Вздрагиваю от резко изменившегося тона мужа. Поднимая на него удивленный взгляд. На лице Артура расплывается довольная озорная улыбка.

— Нет, — мотаю головой, отворачиваясь.

— Да ладно, признайся, — муж аккуратно пихает меня.

— Я сказала, нет, — пытаюсь говорить как можно тверже.

— А я вот очень, — и снова резко изменившийся голос Артура заставляет меня поднять на него недоумевающий взгляд. — Честно говоря, я испугался еще вчера, когда увидел тебя привязанной к стулу.

— Не напоминай, — поджимаю губы. Дрожь снова проносится по телу.

— Я не об этом, — Артур делает широкий шаг вперед, встает передо мной, останавливая снова. Поднимает мою голову за подбородок, всматривается в глаза. — Я хочу тебе кое-что сказать. Только не перебивай, пожалуйста, и выслушай до конца.

Сглатываю. Становится не по себе от такого вступления. Обычно, после подобных слов ничего хорошего не следует. Напрягаюсь, но Артур сильнее сжимает мою ладонь, проводит большим пальцем по ее тыльной стороне.

— Я люблю тебя! — выпаливает он. Чуть ли не давлюсь от неожиданности. — Люблю тебя так сильно, как это только возможно. До сведенных челюстей, до дрожи в коленях и бабочек в животе.

— Снова красивые слова, — укоризненно хмыкаю.

— Нет, — Артур встряхивает головой. — Я просто не знаю, как выразить то, что осознал вчера. Прости! Если бы не моя дурость… я больше никогда не допущу всего ужаса, который произошел за последние недели. Если хочешь, брошу политику, уйду прямо сейчас. Только дай мне шанс. Всего один шанс, и я его не упущу! Вот увидишь…

— Артур, — перебиваю мужа. От его слов сдавливает грудь. Мне хочется, чтобы это была правда, но… — я тебе не верю. Прости, я знаю, как ты умеешь вешать лапшу на уши. Это твоя работа.

— Влада, в данный момент я не знаю, как тебе доказать свою честность, — Артур опускает взгляд, но тут же снова возвращает свое внимание мне. — Но я готов добиваться тебя вновь… если ты позволишь… и даже если не позволишь.

Не знаю, что ответить. Сердце кричит “да”, разум вопит “нет”. Это слишком сложно. Мне хочется довериться Артуру, и в то же время я боюсь снова обжечься. Невольно оборачиваюсь на развороченную машину. А если бы все-таки муж был там? Вдруг, судьба, и правда, дает нам второй шанс? А я его отвергаю. Готова ли я снова рискнуть? Глубоко вдыхаю и тяжело выдыхаю, выпуская облачко пара. А когда разворачиваюсь к мужу, он вдруг опускается на колено. От удивления округляю глаза.

— Влада, прошу, позволь мне снова быть рядом, — Артур смотрит на меня прямым взглядом. Мужа не смущает, что на нас оборачиваются люди. — Доверься мне в последний раз. Обещаю, ты не будешь об этом жалеть.

— Что ты творишь? — шиплю сквозь стиснутые зубы. — Поднимись сейчас же, — дергаю Артура вверх.

— Нет, — твердо отвечает он. — Пока не услышу твой положительный ответ, не сдвинусь с места.

— Артур, ради бога, — кошусь на проходящих мимо нас людей.

— Ты согласишься быть моей женой вновь? — муж даже не собирается двигаться. — В горе и радости, болезни и здравии…

Поднимаю плечи и тут же опускаю их. Вот черт! Я и забыла, каким настойчивым может быть Артур. Он же возьмет меня измором, как было раньше, когда мы ругались. Всматриваюсь в такое знакомое и родное лицо. Сейчас передо мной стоит мой Артур, которого я любила без памяти, а не тот черствый сухарь, в которого он превратился в последнее время. В глазах мужа пляшут бесенята. И это мне тоже знакомо. В груди против воли расползается забытое тепло. Внутренний голос шепчет на ухо “А что, если все-таки дать ему шанс?!”

Сужаю глаза, стараясь сдержать дрожь от волнения. Не сделаю ли я только хуже, если соглашусь? Но внутри постепенно просыпается прошлая Ада, которая прыгала в омут с головой и не боялась последствий. Та, что лучилась оптимизмом, доверяя всем вокруг. Та, что была счастлива. И именно она произносит моими губами:

— Пока смерть не разлучит нас.

— Перестань ее теребить, — перехватываю руку Артура, которой он тянется к и без того идеально повязанной бабочке. Все-таки Полина постаралась.

— Я немного волнуюсь, — муж смотрит на меня, задорно подмигивая.

— Это называется “болезнь шаловливых рук”, — парирую с серьезным видом.

Артур наклоняется ко мне.

— Ты вчерашнюю ночь вспомнила? — он шепчет мне на ухо, после чего целует меня в изгиб оголенной шеи.

— Да угомонитесь вы! — шипит дочь, которая стоит рядом. — Как подростки, ей богу! — она закатывает глаза, резко крутясь на пятках, от чего юбка ее зеленого платья слегка взлетает вверх. Но при этом на лице дочки мелькает улыбка.