— Нормально, — киваю. — Так ты все помнишь?

Обида сдавливает сердце. Осуждающе смотрю на мужа.

— Да, — спокойно отзывается он. — Думаю, нам о многом нужно поговорить. Но сразу хочу сказать: я не буду извиняться.

Открываю рот, чтобы послать Артура куда подальше, но он поднимает ладонь, останавливая меня.

— Подожди, пожалуйста, — как можно мягче произносит муж, отходя ближе к окну. — Я понимаю, как это звучит. Но также понимаю, что мои слова ничего не исправят. Если можно было бы решить все одним “извини”, я бы тысячу раз повторил его.

— Слишком красиво говоришь, — сужаю глаза, сажусь на кровать к дочери.

Поля выглядит спокойной, даже умиротворенной. Убираю растрепавшиеся волосы с ее лица. Моя девочка. Надеюсь, что сегодняшний день не сильно отразится на ней.

— Если тебе есть, что сказать, — снова поворачиваюсь к Артуру, — то давай без полемики. Я очень устала.

— На самом деле, это куда сложнее, чем я думал, — муж трет шею, опускает глаза в пол.

Давно я не видела его растерянным. Он словно нашкодивший мальчишка, который знает, что его будут ругать. Я все жду, что Артур поднимет на меня смущенный взгляд, но муж так и продолжает смотреть вниз.

— Начни с начала, — решаю все-таки немного помочь ему. — Почему ты мне изменил?

— Ада, это было так давно… — Артур произносит твердо. Похоже, он не хочет об этом говорить.

— Либо ты отвечаешь, либо мы заканчиваем, — добавляю решительности своему голосу.

Не знаю, это действие успокоительных, или сказывается усталость, но сейчас мне наконец становится по-настоящему все равно, что будет с нашим браком. Просто хочется все выяснить, чтобы потом не надумывать себе лишнего и спокойно отпустить мужа.

— Справедливо. Я и забыл, какой ты можешь быть упрямой, — усмехается Артур. — Мы с тобой тогда были молоды и импульсивны. Часто спорили. Ты постоянно говорила, что тебе мало от меня внимания, а я пропадал на работе, стараясь добиться места под солнцем. И у меня уже стало получаться, — муж смотрит в стену за моей спиной, не отводя глаз от одной точки. Словно, заново проживает те моменты. — Мы с тобой в очередной раз разругались вплоть до того, что ты предложила развестись. А я… я очень устал от вечной гонки.

Вспоминаю то время. Нам обоим с Артуром было тяжело. Тогда мне казалось, что между нами выросла стена из недопонимания и препирательств. Артур был всем недоволен, а я… я не лезла, потому что не знала, как ему помочь, не понимала, что с этим делать. Молодость, ничего не скажешь.

— Ты не интересовалась моей жизнью помимо семьи, а Ольга постоянно спрашивала, как у меня дела на работе, — Артур пожимает плечами. — Она пыталась приободрить меня после каждой нашей с тобой ссоры. И это казалось… важным, — он шумно втягивает воздух. — В тот день, когда все случилось, я поздно пришел домой, не увидел тебя и… сорвался. Просто сорвался! Мне хотелось выплеснуть всю обиду и злость, скопившиеся внутри. А Ольга была слишком мила и приветлива…

Ерзаю на кровати, стараясь прогнать неприятные ощущения бегущих по телу мурашек. Мне больно слышать исповедь мужа. Вот так, наша неопытность и неумение разговаривать вылились в измену. Я не интересовалась жизнью Артура… усмехаюсь. Сколько эгоизма в его словах.

— Ты мог поговорить со мной, — сужаю глаза.

— Я хотел… — Артур вперивает в меня тяжелый взгляд. — Я пришел домой с намерением все обсудить, но тебя не было, и позже ты не пришла.

— А ты не стал искать, — горько усмехаюсь.

— Ты не можешь обвинять меня в том, что я не знал о твоем попадании в больницу, — муж повышает голос и тут же старается взять себя в руки, когда Поля шевелится во сне. — Я думал, что ты ушла от меня. И был зол. Мне казалось, ты слишком легко сдалась. А когда понял свою ошибку, сразу попросил Олю уехать. Я готов был платить ей, только лишь бы ты не узнала правду, и она не напоминала мне о моей же слабости.

— Так почему перестал платить? — в душе уже знаю ответ, но хочу услышать его от Артура.

— Потому что устал, — тихо произносит он. Переступает с ноги на ногу. — Устал врать тебе, поэтому решил признаться. И, честно говоря, в какой-то момент подумал, что разлюбил. Наш брак стал напоминать рутину или болото. В тебе исчезла девичья живость.

— Зато в тебе она сохранилась до такой степени, что пошел на второй заход по изменам, — выплевываю я, не сдерживаясь. Уже жалею, что затеяла этот разговор. Такое чувство, что Артур выставляет меня виноватой в своем кобелизме.

— Когда я узнал о выкидыше, дал себе слово, что больше никогда тебе не изменю, — уверенно произносит муж. — И я до сих пор держу его.

— Ага, Елена, значит, не в счет?! — даже не пытаюсь скрыть насмешки.