— Мы поедем в наш загородный дом, — Борис оборачивается через плечо. — Он ближе. Вы, наверняка, уже хотите прилечь, чтобы отдохнуть.

— Спасибо большое, — вкладываю в голос всю благодарность, на которую только способна. — В любом случае, я дождусь Аллу.

— Конечно, — Борис садится удобнее, отворачиваясь от меня. — Как вам будет угодно, — его слова звучат глухо.

Откидываюсь на спинку и прикрываю глаза. Видимо, я засыпаю, потому что выныриваю из вязкого морока, когда машина внезапно останавливается. Перед нами с тихим скрежетом отъезжают железные ворота, открывая вид на темный двухэтажный дом с темными панорамными окнами на первом этаже. Особняк выглядит неприветливым, холодным. Легкие мурашки бегут по рукам. Передергиваю плечами, сбрасывая неприятные ощущения. Нервы совсем расшалились.

— Приехали, — Борис снова оборачивается ко мне, когда мы останавливаемся на подъездной аллее, после чего выходит на улицу, распахивая передо мной дверцу.

— Давай, милая, — аккуратно дотрагиваюсь до плеча дочери.

Та сонно жмурится, моргает. Приподнимается. В моменте я вижу, как ее затуманенный взгляд сначала становится осознанным, а после наполняется ужасом.

— Мама! — вскрикивает дочь в тот момент, когда я чувствую острый укол в шею.

— Что за…? — заторможено оборачиваюсь к Борису, который почему-то стоит слишком близко. В руке у него блестит шприц.

— Не стоит волноваться, — слова мужчины звучат словно сквозь толщу воды. — Это не ваша вина. Но надеюсь, ей будет приятно.

Пытаюсь понять, что Борис имеет в виду, но не успеваю. Сознание поглощает темнота. Я отключаюсь.

Прихожу в себя медленно, словно выныриваю из тяжелого сна. Голова гудит, в висках постукивает, во рту сухо. Облизываю губы, пытаясь хоть как-то их смочить. Кажется, тихо стону. Прислушиваюсь к себе. Руки затекли, как и поясница. Но на этом все. Часто моргаю, стараясь разлепить ресницы, открыть глаза получается не с первого раза.

Только сейчас осознаю, что мне прохладно. Где-то вдалеке слышится завывание ветра. Поднимаю голову, мотающуюся на груди, разминаю шею. Вот теперь я полностью пришла в себя.

Я сижу на каком-то неудобном стуле, руки заведены за его спинку. Судя по саднящим запястьям, они затянуты стяжкой. Шевелю ими, кожу раздирает пластик. Морщусь от легкой боли. Ладони заледенели из-за того, что запястья крепко стянули. Ноги тоже привязаны к ножкам стула. Но здесь уже это сделали обычным скотчем. Дергаю правой ногой — не отдирается. Паника начинает колыхаться внизу живот, сводя его. Передергиваю плечами, чтобы сбросить колючие мурашки.

Медленно веду взглядом по комнате, в которой нахожусь. Я одна. Тусклое освещение от двух голых лампочек, качающихся над головой, не дает нормально рассмотреть обстановку. Но и этого хватает, чтобы понять, что комната нежилая. Серые стены голые, на них выделяются более яркие обработанные швы бетонных блоков. Пол пыльный и затянутый пленкой. Высокий потолок тоже выглядит голым, вдоль него тянется несколько проводов. Огромное панорамное окно по левую руку также закрыто пленкой. В углу комнаты валяются стройматериалы. Кусаю щеку, стараясь не дать себе впасть в отчаяние.

— Поля! — тихо зову дочь в надежде, что она сидит где-то сзади.

Страх за нее усиливается с каждой секундой, когда я вслушиваюсь в темноту. Не могу понять, что происходит. Сразу вспоминаю похищение… а это однозначно было оно! Гоняю в голове предположения, но ни одно из них не кажется правдоподобным. Зачем мы Борису?! Для чего?!

— Поля?! — вскрикиваю как можно громче. Плевать, если кто-то услышит. Мне нужно узнать, что с дочерью.

Неуклюже стараюсь развернуться на стуле. Опираюсь ногами в пол, приподнимая себя и его. Стяжка больно впивается в руки.

— Не стоит так напрягаться, — сзади раздается насмешливый мужской голос.

Вздрагиваю. Тут же приземляюсь на сидушку, отчего стул слегка наклоняется назад, но снова встает ровно.

— С вашей дочерью все в порядке… по крайней мере, пока, — в поле моего зрения появляется Борис.

Он поправляет лацканы черного драпового пальто, застегнутого на все пуговицы. Теперь холод ощущается еще отчетливее. Озноб прокатывает по коже.

— Где Поля? — произношу как можно грубее.

— Говорю же, в безопасности, — Борис всматривается в мои глаза, закатывает свои, качает головой. — В соседней комнате.

— Приведите ее сюда, — требовательно наклоняюсь вперед.

— Э-э-э, нет, — Борис усмехается. — Я бы на вашем месте немного утихомирил свое желание повелевать. Вы не в том положении. Или от мужа набрались?

— Я хочу увидеть дочь, — не сбавляю оборотов.