— Как же здорово, что я его супруга. А ещё очень и очень ревнивая. Так что помаши рукой своим надеждам, новым платьям и драгоценностям. Наживаться на своей семье я тебе не позволю, — было приятно наблюдать за вытянутым от удивления лицом «сестрицы». — И да, моя магия достаточно сильна, чтобы обойти магию мужа.

И с чистой совестью я спалила договор на её содержание за услуги определённого характера. А именно, что Элизабет сыграет роль любовницы моего супруга. И если она всё сделает так, как он скажет, то по окончанию этой игры ей светит домик у моря, дорогие тряпки, деньги на пятилетнее содержание этой драной кошки и свобода от семьи.

Гадина, по всей видимости, решила свалить в закат. Она хотела откреститься от желания отца выгодно выдать её замуж в будущем. Верно боится, ведь в друзьях у него одни старики.

Но даже тут дура не смогла унять свою гордыню. Решила заполучить самого Роя и проявила инициативу (грубила, провоцировала и облила меня кислотой). Поэтому в конце черным по белому написано, что в случае нарушения ей светит только жалкое годовое содержание.

Да вот хрен ей даже на это!

— Я буду жаловаться в соответствующие инстанции! — завизжала Элизабет. А ведь ей еще светит огромный штраф за нападение на меня. А вот пусть теперь выкручивается. Все они!

— Давай. А я посмеюсь, ведь всем тогда станет известно, что ты ещё та потаскушка. Содержанка женатого лорда. Твоей репутации конец, — хохотнула я. Феникс внутри довольно заклокотала.

— И твоей тоже конец будет! Все узнают, что он тебе изменял! Я об это позабочусь! Ты ведь уничтожила договор ( где говорилось, что вся измена это фарс!), и моё слово против твоего — ничто!

— Милая. Я феникс, — усмехнулась я на слова быстро переобувшейся сестры. — Монстр. Чудовище. Какой идиот будет гулять налево от такой, как я, м? Разве что бессмертный и отчаянный идиот. А наш доблестный лорд-ректор не такой.

— Ты ведь перевираешь всё. Ты сама не веришь до конца в то, что он не был со мной.

Ну не дура ли?!

— Я? — наигранно ужаснулась я. — Уже нет. Вы семейка лицемеров и профессиональных лжецов. Как же хорошо, что я не вашего рода. Вы бы дали фору всем чудовищам вместе взятым. И не твоего ума дела, поверила я бумагам или нет.

Элизабет заверещала, но ничего не предпринимала, пока я, глядя ей в глаза, начала плавить драгоценности матери, что та взяла у неё.

Месть была сладка.

Гардероб тоже осыпался в пыль. Элизабет только и могла, что открывать и закрывать рот, повизгивая.

Но подходить или тем более остановить меня не пыталась. Берегла свои волосы.

Ха!

— Ой, какая я неосторожная, — а потом увидела отца и мать в дверях. Те были красными от злости, но не смели сказать ни слова. — И, кстати, может быть мне написать императору письмо о том, как вы относились ко мне? И пока вы не выдали глупость, скажу, что мне поверят. Ройберг подтвердит, — моя феникс одобрительно заклокотала. — По счастливому стечению обстоятельств, он хороший друг его высочества Кристофера Дарга.

— Он сторонится тебя! — заверещала явно осведомленная «сестрица».

— Мало ли какие временные разногласия у мужа с женой, — хмыкнула я, играя на их нервах.

— Что ты хочешь? — процедил отец.

— Отречение от рода. Полное. А то зная вас, вы лет так через пять напишите на меня прошение на ваше пожизненное содержание.

— Ах, ты!

— Неблагодарная дрянь? Гадина? Так я это знаю.

Мы смотрели глаза в глаза.

И в игре непримиримых взглядов с отцом впервые за свои неполные девятнадцать лет выиграла я.

— Хорошо, — сдался он.

И вот спустя полчаса я уже выходила из родительского дома и сжимала заветную бумагу об отречении.

Не этого я хотела добиться, когда приходила сюда.

Но зато многое встало на свои места.

Я подняла голову вверх и вдохнула прохладный вечерний воздух.

На удивление я была рада. Как камень с плеч упал. И моя ипостась была в благодушном настроении.

Куда теперь?

Я поймала кэб и назвала адрес нашего городского особняка.

Когда я наконец добралась до нашего городского особняка, на небе уже сгущались сумерки.

Красивый и величественный особняк выделялся на фоне убывающего света дня.

Когда-то этот дом был для меня символом безопасности и любви, но теперь, глядя на него, я ощущала лишь грусть и пустоту.

Подойдя ближе, я ощутила, как на меня нахлынули воспоминания.

Помнила, как Рой и я проводили здесь вечера, смеясь и строя планы на будущее. Я помнила, как мы вместе украшали дом к праздникам, как встречали гостей и устраивали уютные семейные ужины.

Но все это казалось таким далеким и призрачным.

Я толкнула тяжелую деревянную дверь и вошла в холл. Внутри было пустынно и холодно.