- Рейнхарт сильно его потрепал, - терпеливо пояснил король. – А перед этим раскрыл всех заговорщиков во дворце. И Давид – один из них. Я не спрашиваю вас, участвовали ли вы в заговоре, потому что это сейчас не имеет значения. Ваша участь предрешена. Такое случается, когда твой истинный – предатель.

Я стояла, как громом пораженная. Это не может быть правдой!

- Это какая-то ошибка, Ваше Величество!

- Ошибки нет. Давид во всем сознался. Это он опоил Рейнхарта зельем, чтобы усыпить дракона. Так генерал не смог подавить тьму, когда ее частица попала в его организм, - он все говорил, а я поняла, что и я – предатель, изменник родины. Пусть и по незнанию, но это не снимает с меня вины. А король уже обращался к стражнику. – Пусть возьмет с собой один факел. Когда все будет кончено, сообщи.

Гвардеец вложил в мою единственную рабочую, но вмиг ослабевшую руку, единственный источник света. Первый шаг в камеру мне дался с большим трудом. Я до последнего не верила, что увижу именно Давида, что это ошибка, что не о моем любимом говорил король. Но сколько бы я не пыталась убедить себя в этом, невидимая нить, натянутая, как струна, неумолимо вела меня вперед. Там на тонкой подстилке, раскинутой прямо на холодном земляном полу, лежал мой дракон.

Ткнув факел в кольцо около двери, я не смогла сдержать слез.

- Давид, - кинулась я к нему, падая на колени рядом.

Веки закрытых глаз слегка дрогнули, но не открылись. Поверхностное дыхание было прерывистым, он дышал короткими урывками, словно это вызывало боль.

Здоровой рукой начала осматривать  его тело. Кровь была повсюду, а потому понять, где именно находится рана, было сложно. Первым делом разорвала рубашку и осмотрела грудь. Конечно, я не целитель и, скорее всего, не смогу помочь, но и сидеть сложа руки я не могла.

- Ох, - вырвалось, когда я увидела на круги небольшую рану.

Но она точно была глубокой. Точно шпагой пронзили грудь Давида насквозь. Из нее продолжала сочиться тонкой струйкой кровь. Скорее всего именно из-за этого он не мог дышать свободно. Дальнейший осмотр выявил открытый перелом ноги. Кость отвратительно торчала наружу под неестественным углом. Ссадины, ушибы и царапины – их я даже не считала, не задерживала взгляд надолго.

Бессилие, безнадега – вот мои единственный чувства в тот момент. Хотя, было еще и чувство щемящей тоски и безграничной любви.

- Давид, - ласково пробежала пальцами по щеке, которая покрылась небольшой щетиной. – Любимый.

Я продолжала звать его снова и снова, моля Богов, чтобы он открыл глаза. Просто для того, чтобы я еще раз в них заглянула перед смертью.

И Боги услышали. Слезы лились из глаз, не переставая, размывая все вокруг. И я чуть не пропустила тот момент, о котором молила. Рука Давида, которую я сжимала в своей ладони, дрогнула.

- Давид? Хвала Богам.

Он попытался что-то сказать, открыл рот и тут же его закрыл, прерывисто вздохнув. А потом разразился кашлем, который выкручивал его раненное тело. А когда все стихло, изо рта полилась струйка крови.

Я быстро, насколько это было возможно сделать оной рукой, оторвала лоскут от юбки и вытерла кровь.

- Марика, - просипел он. – Прости.

- Не говори! Ничего не говори. Я все понимаю.

На самом деле я почти ничего не понимала, и вопросов у меня было много. Но ответы я на них теперь получу разве что на том свете.

- Я люблю тебя, Давид, - призналась я.

Нежно и трепетно коснулась его губ сначала пальцами, а после наклонилась и прильнула к нему губами. В миг, когда это произошло, Давид последний раз выдохнул и затих. Тело его обмякло.

За секунду до того, как я перестала существовать, мое сердце разорвалось и захлебнулось в скорби и утрате. Это была непереносимая душевная и физическая боль. Даже лучше, что я не буду жить без него.

Дрейк

- Что с подкреплением, Аарон? – спросил я, наблюдая, как хрупкая фигура Эльвины скрылась за поворотом.

- Ближайшие к нам – эльфы. Захотят ли они прийти и как быстро – вот в чем вопрос. Остальным добираться несколько часов.

- Почему не работают порталы? – спросил у старика Кабо.

- Система защиты была перенастроена несколько лет назад. При нападении блокируются все системы перемещения.

- Идиоты! – не сдержался я. – А как ты думал выводить студентов при необходимости?

- Как только щит падет, порталы снова заработают, - терпеливо пояснил ректор. – Тогда не будет необходимости соблюдать изоляцию.

- Аарон, пусть наши будут готовы переправиться сразу же, как это будет возможно.

- У нас проблема, Ваше Величество, - уткнувшись носом в очередное письмо, «радовал» боевой товарищ. – Наступление началось по всей границе. Мы не можем отозвать оттуда людей.

Я потерял дар речи. Что же это? Настолько хорошо спланированная атака? Но кем?