Уже через пару минут, покинув кабинет врача, я спускалась по лестнице, ведущей на первый этаж, и думала о своём. После аварии, в которую попал Волков, прошло несколько недель. Со дня на день его выпишут домой. Свекровь все уши прожужжала мне о своём сыночке, видимо, она до сих пор не в курсе, что мы разводимся. Странно, почему Лёша ничего не сказал своим родителям? Надеется на что-то или дело в чём-то другом? Впрочем, заморачиваться на эту тему я не хотела, полагаясь на время, которое обязательно расставит всё по своим местам.
У входа в больницу меня ждала Татьяна. Именно на её машине мы приехали в поликлинику, а потому я неспешным шагом двигалась в направлении парковки.
— Ну как? Порядок? — спросила Таня, стоило мне подойти к машине.
— Да вроде бы.
— Грустная какая-то… Давай-ка поедем, где-то перекусим, — предложила подруга, а я равнодушно пожала плечами.
Таня прыгнула за руль, я плюхнулась на пассажирское сиденье. Пока подруга управляла авто, матерясь на всех подряд, как матёрый сапожник, я втыкала в одну точку перед собой. Не понравился мне взгляд гинеколога, она словно что-то заподозрила, но мне ничего не стала говорить.
“Да ты просто накручиваешь себя. Если бы был повод для тревоги, то Алевтина Максимовна обязательно сказала”, — успокаивал внутренний голос.
В Макдональдсе, куда нас привезла Таня, полно пустых столиков. Да и неудивительно — пока все нормальные люди работают, мы с подругой развлекаемся, как можем. Ну а что? Поход по больницам — это ведь тоже хобби, когда тебе уже немножко за тридцать.
— Ну и чего ты не ешь? — нахмурившись, Таня косо глянула на нетронутые бургер и картошку фри, которые заказала для меня, хотя я этого и не просила.
— Аппетита нет.
— Конечно, нет. А где ж ему взяться, когда ты постоянно на депресняке?! — возмутилась Таня, а я даже спорить не стала. — Рассказывай…
— Что рассказывать?
— Всё. Тебе нужно высказаться, я же по глазам вижу. У тебя болит сильно, я чувствую это.
— Болит, — хмыкнула, — и уже давно.
— Что на этот раз? Волков? Егор? Дашка?
Я заулыбалась криво. Как точно Таня попала и во всех сразу.
— Не знаю, с чего начать, — ответила я, немного помедлив. Но уже через мгновение, собравшись с мыслями, начала ведать всё, что в душе успело накопиться. Да и кому, как не лучшей подруге, которая знает меня как облупленную, рассказать о своей боли…
Чем больше я говорила, тем сильнее округлялись глаза Тани. Она то головой качала, то хмурилась, сжимая руки в кулаках. Больше всего её возмутила новость о сыне Лёши. Таня покраснела как спелый помидор, когда я сказала, что мальчику уже почти шестнадцать лет.
— Ну какой подонок, а?! Надеюсь, он после этого ДТП никогда не оправится, будет ему наказание за все грехи! — в сердцах воскликнула Таня.
— Упаси боже, ты что такое говоришь? Нельзя желать другому человеку плохого.
— А если этот человек заслужил? — с вызовом смотрела мне в глаза, но я всё равно качала головой.
— Нет, Тань… Пусть живёт, пусть у него всё будет хорошо.
— Как ты так можешь? Он тебе в душу насрал, жизнь испортил, сделав несчастливой. Да если бы не твой Волков, ты могла бы прожить совсем другую жизнь, разве не понимаешь?
— Могла, но не прожила. Я знала, что он меня не любит, но сама согласилась на такую жизнь. Лёша не виноват. Он же не хотел жениться, и если бы родители не настояли, то никогда бы и не женился.
— Звездец… Я не понимаю тебя, Тая. Прости, но это за гранью моего восприятия, — громко вздохнула подруга. Минутная передышка, и Таня снова активировалась: — Надеюсь, ты его никогда не простишь. А если простишь и примешь с распростёртыми объятиями, то будешь настоящей дурой.
— Дурой? — переспросила я, улыбаясь. И подруга кивнула. — Да нет, дурой я не буду, хотя бы потому, что уже ею являюсь.
— Самокритично.
— Как есть.
Наш диалог прервал звонок мобильного телефона. Я отвлеклась, бросив взгляд на экран мобильного. Номер был неизвестен моей телефонной книге, но я всё-таки приняла вызов. И опешила, когда узнала, кто звонит.
— Нам нужно встретиться, это не телефонный разговор, — сообщила женщина, от имени которой меня бросало то в жар, то в дрожь. — Таисия, вы меня слышите?
— Слышу, — сухо ответила я. — Что вам нужно, Юлия?
— Эм-м… это не телефонный разговор. Скажите, где и когда мы можем встретиться? — продолжала настаивать на своём «любимая» женщина моего почти что бывшего мужа. Что она от меня хотела — ума не приложу.
— Я не хочу с вами встречаться. Я вообще не понимаю, зачем вы мне звоните. Если хотите сказать, что родили сына от Лёши, то я уже это знаю.