— О нас, — выдохнула, поворачиваясь к нему лицом. — О том, как быстро всё происходит. Мы едва знакомы, но… я уже не могу без тебя. Это пугает. Тебя разве нет?

Отведя взгляд, мужчина усмехнулся. Однако в этой усмешке не было радости, скорее, опасная решимость.

— Пугает? А по-моему, это просто жизнь. Настоящая. Ты сама призналась, что хочешь пожить для себя, да? Так вот, это и есть для себя. Не для мужа, не для Дашки, не для общественного мнения. Только для нас.

Взяв мою руку, поднёс к губам и поцеловал тыльную сторону ладони. От его прикосновения по телу внезапно побежали мурашки.

— Я хочу узнать тебя ближе, Егор. Настоящего. Не того, кто устраивает сюрпризы на яхте, а того, кто прячется за этой... наглой самоуверенностью. Кто ты? Чем занимаешься? Откуда эта… одержимость? Я не верю, что можно вот просто взять и влюбиться в малознакомую женщину. Ты же ничего обо мне не знаешь.

Егор не ответил сразу. А потому на палубе повисло напряжённое молчание, нарушаемое только плеском волн. Я чувствовала, как мышцы его челюсти напряглись. Он словно выбирал слова.

— Ты права. Я наглый, — наконец, произнёс он, его голос стал ниже, бархатнее. — А ещё я очень целеустремлённый. Когда я вижу, что моё, то иду напролом. Никакие препятствия не остановят. А ты, Тая, ты — моё. С самого первого взгляда. Я не собираюсь играть в долгие ухаживания. Я не мальчик. И ты тоже… Ты можешь не верить в любовь с первого взгляда, я и сам в такое не верю, но…

Шагнув ближе, прижал меня к перилам.

— Ты боишься скорости? Поверь, я приторможу, если ты попросишь, — он обхватил губами мочку моего уха. — Но ты не попросишь. Ты так же, как и я, устала от медленных, скучных игр. Я покажу тебе мир, в котором не нужно врать себе. Ты готова?

Я чувствовала его жар, его силу. Мозг кричал о необходимости сопротивляться, но тело уже с белым флагом наперевес…

— Не знаю, — прошептала, это было скорее согласие, чем отрицание.

— Ты не права, когда называла себя малознакомой женщиной. Я знаю о тебе всё, — неожиданно произнёс, и от этой фразы у меня по спине пробежал холодок. — Знаю, что ты талантливый дерматолог, что любишь белые тюльпаны, что долгие годы жила с мужчиной, который тебя не ценил. Я не влюбился в тебя. Я голову потерял! А раз так… Хватит прятаться. Хватит думать, что это просто «интрижка» или «мимолётная страсть». Я не собираюсь быть твоим любовником для «эгоистичной жизни». Я хочу всё. И хочу, чтобы ты знала, что у меня всё серьёзно к тебе.

Выждал паузу. Смотрел не на меня, а куда-то сквозь меня, словно принимая важное решение.

— Завтра утром, как только мы пришвартуемся, я отвезу тебя домой. Ты возьмёшь вещи. А потом мы едем к моим родителям, — спокойным тоном, как констатацию факта, произнёс.

Мои глаза расширились от удивления, да не удивления даже, а настоящего шока! Знакомство с родителями? Это слишком быстро и не обосновано, что ли.

— Что? Егор, ты с ума сошёл! Какие родители?

— Самые настоящие. Они должны увидеть ту женщину, из-за которой их сын перестал спать и думать о работе.

— Но... я ещё замужем. Я ещё не развелась с Лёшей, — пыталась высвободить руки, но Егор держал крепко. — Мы не можем так резко. Я не готова к такому шагу.

— А когда ты будешь готова, хм? Через неделю, месяц, год? Сколько тебе нужно времени, солнце?

— Не дави на меня, пожалуйста, — попросила я, обозначая границы. — Я ничего тебе не обещала. Не говорила, что буду с тобой и в горе, и в радости…

— Ну да, ты ему это всё обещала, — ухмыльнулся, потирая щетинистый подбородок.

— А вот устраивать мне сцены ревности — это последнее дело, Егор. Ты прекрасно знал, что я не свободна, но тебя это не остановило. Поэтому сделаю вид, что этого разговора сейчас не было.

— Ты права, я знал, что ты несвободна. Но я не давал тебе шансов на отступление. Я дал тебе выбор — между скучным, лживым комфортом и дикой, настоящей жизнью. Ты выбрала второе. Здесь. На этой яхте. А теперь ты просишь меня «притормозить» и «не давить». Ты хочешь, чтобы я подождал, пока твой Волков приползёт на коленях, и ты решишь, что тебе выгоднее? Я на это не согласен, солнце…

Наш разговор явно начал сворачивать не в тот поворот, а потому я просто повернулась к Егору спиной и двинулась в сторону каюты.

Он говорил мне вслед, что мы ещё не закончили и даже назвал меня трусихой, которая бежит от первых трудностей. Возможно, всё так и было. Однако здравая часть меня до последнего сопротивлялась такому развитию событий. Знакомство с родителями, предложение жить вместе, а дальше что? Штамп в паспорте и требование «нарожать» кучу детей?

***