Во всех его движениях читалась сила, власть, превосходство — и при этом ощущение, что ему не нужно доказывать это ни силой, ни магией. Словно фениксы постигли того чего хотели. Сути бытия. Они променял всё, за что идут войны и погибают люди до сих пор: за ресурсы, за власть, за положение — на тепло, заботу и семью.

— Так выходит, вы и есть фениксы, — первым нарушил тишину Эрэйн.

Он слегка подался вперёд, поставил локти на колени, исподлобья глядя на собеседника.

Харальд был расслаблен.

— Именно так.

— И почему же вы решили… открыться? — он сделал ударение на последнем слове.

Я заметил, как кончики губ Харальда дрогнули.

— Потому что я вижу и чувствую то, чего не видят и не чувствуют другие, — спокойно ответил он. — Чёрный дракон.

Последние слова он выделил, словно хотел сказать что-то большее, но остановился именно на этом.

Я нахмурился.

Сейчас эти двое — сильнейшие в мире — говорили загадками.

Я снова наполнил бокал и внимательно следил за мимикой и движениями Эрэйна и Харальда. Император прожигал собеседника тёмными глазами.

— Выходит, тайна за тайну, — проговорил Эрэйн и усмехнулся.

Потом расслабленно откинулся в кресле, положил руки на подлокотники, закинул ногу на ногу. Напряжение будто ушло.

Харальд тоже выпрямился и так же спокойно откинулся назад.

Казалось, они на каком-то другом уровне — недоступном мне — поняли и приняли друг друга.

Я всё ещё хмурился.

— А что было бы, если бы всё было иначе? — непонятно спросил император.

— Тогда нет смысла говорить о том, чего не было, — ответил Харальд.

— Согласен.

— Но так нам с тобой гораздо проще понять друг друга, — закончил Харальд. — Теперь я вижу, что мир готов к переменам. Ведь так?

— Да, — весомо ответил император.

— В таком случае вы можете рассчитывать на моё Гнездо. Я, мои сыновья, моя супруга...

— Я ценю это.

— Но еще я хочу, чтобы вы рассказали, что такое Контроль. И, конечно, я хочу безопасности для своего Гнезда, в том числе и для своей внучки и ее детей. Взамен даю нашу помощь, когда она понадобится.

Эрэйн перевёл взгляд на меня.

— Неожиданно, Кайден. Очень неожиданно. Но, признаюсь, я рад, что всё вышло именно так. Что в твоей супруге пробудилась кровь Высшей, — я кивнул. Император снова посмотрел на Харальда. — Контроль не собирался бы убивать Каллисту или заточать в казематы. Я хочу, чтобы древние расы вернулись. Или восстановились. Я вижу в этом будущее — и не вижу будущего в чистоте крови.

Он сделал паузу.

— Я передам Керрану Найтбрейку, чтобы он прекратил расследование всплесков магии в Ледяном клане. Но я хочу, чтобы ты, Кайден, пока охранял тайну Каллисты. Сейчас ещё не то время, когда Империя должна узнать о фениксах, — Эрэйн вновь посмотрел на феникса. — Я очень ценю то, что вы для меня сделали, Харальд. Предлагаю обсудить наше сотрудничество подробнее.

— Не имею ничего против, — ответил тот. — Но я хотел бы сегодня побывать и в Лунном клане. У меня там тоже есть дело и возможно ваше бы содействие помогло.

— Какое же? — с интересом спросил император.

— Об этом я и хотела рассказать вам, Ваше Величество, — вмешалась я в разговор мужчин.

Они оба посмотрели на меня.

— Ах да, конечно. Что за важное дело?

Мне пришлось рассказать всё, что мы узнали с Каллистой. О том, как были стравлены два клана. О том, что именно ненастоящий отец Каллисты помогал моей матери — которая, как выяснилось, тоже была ведьмой.

Это знание по-настоящему удивило Эрэйна. Он долго молчал, задумчиво глядя перед собой.

— Ведьма… значит, ведьмы тоже существуют. Просто прячутся, — наконец произнёс он. — И так коварны. Хм.

Он выпрямился.

— Леди Элеонору я заберу. Оповещу Керрана и об этом. Отныне её жизнь в моих руках. И ведомство Найтбрейка займётся этим.

— Не имею ничего против, — ответил я спокойно.

— Но твой отец и твоя супруга пусть останутся захороненными здесь, — проговорил Эрэйн. — Это я отдаю тебе на откуп. Всё должно остаться так, как есть. Мы сейчас не вправе менять историю или вскрывать правду.

— Я понимаю, — ответил я.

— Проблемы внутри семьи тоже остаются только для тебя, — продолжил он. — Говорить ли твоей сестре, что она не твоя дочь, — это тоже исключительно твоё право. Важно только сохранить тайну Каллисты и других фениксов. И сохранить тайну Элеоноры.

— Да, я понимаю, — повторил я.

— В таком случае… я не имею ничего против, кроме как прямо сейчас отправиться в Лунный клан и разобраться во всем. Если есть хоть малейший шанс, что на моей стороне окажется ещё один феникс, я сделаю всё возможное.

Харальд поднялся. Император тоже, и они пожали друг другу руки, скрепляя тайный Союз магией. Я же был свидетелем.