— Так-так-так… — Стрик подался вперёд, потер ладони, хитро улыбнулся. У меня по спине пробежал холодок. — А чего это Лунные не обучили свою наследницу?  А магии у тебя какой уровень?

— Так нет ее у меня.

— А какая тогда есть? — его бровь поползла выше.

— Никакой.

— Бред. Открою один секрет. Если мама — драконица, а папа — дракон, то ты никак не можешь получиться неодарённым драконом.

— Я не смогла обернуться в драконицу. И магией Лунных не владею.

— А вот тут ты правильно уточнила. Магией Лунных ты можешь не владеть, если твоя мама-драконица нагуляла тебя от другого дракона — не её клана. Или если твой папа-дракон принёс тебя от другой драконицы, другого клана. Так что ты можешь обладать магией другого рода. Но ты должна была обернуться.

— Я не могу.

— Такс. Давай ещё раз пробежимся по тому, что ты только что услышала и запомнила. Ещё раз говорю. Если твоя мама — драконица и папа — дракон, не берём в моменте, кто именно гульнул на стороне из твоих предков, то ты в любом случае должна быть драконицей.

— А если… — во рту стало сухо, я хрипло спросила. — А если мой второй родитель чистокровный человек?

— Где же ты найдёшь, милая моя, чистокровных-то этих? Людишки самые первые поняли, что мешаться и спариваться надо с драконами — сильными, здоровыми, спящими на золотой куче, особями. Так и срок жизни будет больше, и человек болеть не будет хворями всякими. Раньше люди жили до семидесяти лет, а сейчас, милая, до скольки?

— Примерно до ста пятидесяти лет.

— А что это значит?

— Что они не чистокровные, а с примесью драконьей крови.

— Ну ты у меня будешь отличницей! — хохотнул старик. — Так что в одном родителе хоть пара капель дракона да будет, а другой, мать или отец, вообще чистокровные драконы. И значит, ты всё равно должна была обернуться. Почему не обернулась? Выбирай: твоя ящерка ленивая или трусливая?

— Отчего же сразу ленивая или трусливая, — всплеснула руками, стало обидно. — Я готова. Я хочу, но не выходит!

— Думай! — строго приказал старик.

— Я… эм…

— Я только что тебе урок преподавал по крови. Думай, что ещё может быть?

— Эм… я другого вида?

— В точку! Милашка! Ты у нас шкатулка с сюрпризом. И я её разгадаю.

— Не может быть.

— Такс! — снова стал серьезным хохочущий старик. — Договариваемся: ты не ставишь под сомнение мои слова. Никогда! Кто тут учёный муж — ты или я?

— Вы.

— Так-то лучше. Как найдём, какая у тебя магия, сразу узнаем грязные секретики твоей семейки. А нет ничего интереснее, чем получить компромат на врага.

— Эм…

— Да. Да. Урок следующий. Запоминай. Из любой информации можно извлечь выгоду. Надо подумать только, как её применить.

— Вы собрались шантажировать моих родителей связью с демонами? Вы ведь думаете, что я демоница?

— Ну, может быть, ты просто маленькая ленивая драконица, которая ещё не знает, какая в ней магия. Так что не переживай так. Единственный верный вывод — в тебе действительно есть магия, просто другая. Одному из родителей ты точно родная по крови. Хотя… — старик задумался, почесав бороду.

— В храме проверили. Я наследница крови Лунных.

— И что это значит?

— Мама — наследница деда. Мать мне точно настоящая.

— Мать точно настоящая… и это значит… м-м… — он прищурился.

— Я не буду это говорить вслух, — прошептала я, чувствуя, как в груди сжалось. Отец мне не родной.

— Ну как хочешь, — хохотнул учитель, словно всё понял. — Возвращаясь к вопросу о том, что я буду делать, когда узнаю грязный секретик твоей семейки… Я пока что просто собрался открыть шкатулку. А вот ещё один тебе урок: не торопись применять сведения. Выжди, подыщи время получше — и тогда воспользуйся. Такие сведения, как хорошее вино, требуют выдержки.

Учитель хлопнул в ладоши.

— Ну ладно. Прекращаем копаться в грязном бельишке!  Это мы с тобой потом проверим и решим. А пока… юная леди, — сказал он, — давай-ка посмотрим, чему тебя не научили в твоём благословенном клане. И чем мне, старому дураку, придётся заниматься ближайшие месяцы.

А потом он отошёл в сторону, покопался в одной из стопок. Вытянул совершенно старую, потрёпанную записную книжку и громко опустил ту на стол у окна, пальцем придав нужную страницу.

— Садись. Пиши ответы на вопросы. Не знаешь — не пиши. Или не знаешь, но что-то да напиши. Вперёд. Не мнись, не девоч… хм.  Такс. Нечего тут стоять столбом. Работаем!

Я покраснела от замечания учителя, что я не девочка. Но пропустила это мимо ушей. К бесцеремонности старика, кажется, нужно привыкать. И всё же — вместе с этим в нём было что-то такое, что располагало к себе, будто он видел меня насквозь, но не осуждал.