— Драконы у власти не потому, что они честные и благородные. А потому, что их нельзя свергнуть. У них долгая память, мстительный нрав и способность испепелить ваш дом, город и даже ваш банковский счёт одним вдохом.

Некто хихикнул в углу, но профессор продолжил с прежней серьёзностью:

— И, да, не стоит пытаться изменить эту систему. Любые революции заканчиваются одинаково — когда тень от крыльев накрывает столицу.

Он смерил класс холодным взглядом и добавил:

— Поэтому, если у вас роман с драконом — поздравляю, вы либо подниметесь, либо исчезнете.

Я слушала заворожённая.

— Начнём с Дарквудов из Тёмнолесья, — продолжил профессор. — Столетиями они заключали союзы по расчёту… Но это привело к проклятью, которое покрыло несколько поколений Дарквуд, пока один из них — Драгомир Дарквуд — не женился на девушке, которую призвала магия из другого мира. Да-да, вы не ослышались. Обычная. Пустышка без магии без рода и племени, — Некоторые студенты ахнули, видимо, профессор высказал какую-то революционную идею. — А ныне эта пустышка — императрица Темнолесья — Славика Дарквуд

По аудитории прошёлся шепоток. Кайра выразительно посмотрела на меня и прошептала: так говорить про драконов запрещено!

Но профессора Вильдера это ограничение не волновало. 

— Славика прибыла к нам из мира без магии, но связь с Драгомиром оказалась настолько сильной, что род одобрил этот союз. С тех пор считается, что если дракон теряет голову от чувств — это признак истинной пары.

— А если дракон просто дурак? — пробормотал кто-то сзади.

— Тогда это не любовь, а гормональный сбой, — не моргнув, отозвался Вильдер, вызвав лёгкий смех в классе.

— Следом рассмотрим династический брак между домом Найтингейл из Лесарии и Дарквудами из Темнолесья, — продолжал профессор. — Дочь Славики и Драгомира, выкранная ещё в детстве прямо из своей комнаты — принцесса Зара Дарквуд. Можно обсуждать эту слезливую историю долго, думаю, все вы итак в курсе, через что прошла эта крошка, прежде чем стала женой Марка Найтингейла, которому изначально предназначалась. Союз безусловно был политическим, но, по слухам, эти двое тоже пример истинной пары. Так у меня вопрос, студенты. Что первичнее? Политика или магия?

— Политика, — ответил Эдвард, не отрывая взгляда от своих записей.

Тот парень, про которого Кайра сказала в прошлый раз, что он спросоня кастует файерболы.

— Какой вы, однако, циник, мистер Эдвард, — отозвался профессор Вильдер. — Но в девяти случаях из десяти — вы, увы, правы.

Он сделал шаг в сторону, сцепив руки за спиной:

— Магия, как и любовь, прекрасна. Однако ни одна из них не работает без контекста. Истинные пары — редкость. Единицы из тысяч. Но когда такое происходит… Магия не просто откликается. Она меняет законы. Нарушает договоры. Ломает пророчества. Иногда — стирает целые государства.

В аудитории повисло молчание. Я поёжилась, вспоминая, как вчера тень метки шевельнулась у меня на спине.

— Пример? — продолжил Вильдер. — Пожалуйста. Князь Семаргла. Его брак тоже должен был укрепить его позиции внутри страны — политика в чистом виде. Невеста из знатного рода, всё по уставу, без скандалов. Но перед свадьбой он спас от жертвоприношения простую девушку. Да, обычную. Да, без магии, как все тогда думали. И в тот же день на их запястьях проявились брачные браслеты. А дракон князя признал её своей истинной. Такого не случалось столетиями. Но случилось. История занятная, ведь в итоге девушка оказалась могущественной ведьмой, которую прятали в другом мире…

Моё сердце замерло. Эта история не может быть похожа на мою.

Сейчас я вдруг отчётливо вспомнила, какие богатые одежды были на тех девушках и как ярко пылал перстень в руках той Лары, что вознамерилась заточить меня в подвале дома своих родителей…

— И этот союз помог устранить старый незаживающий конфликт между граничащими государствами Семарглом и Вотчиной Марены, — продолжил объяснение профессор Вильдер, прервав ход моих мыслей.

— Политика на первом месте, но иногда в расклад сил врывается магия,, — отрезал профессор и щёлкнул пальцами. — Истинные пары — это не сказка. Но и не правило. Это магическая аномалия, которая в некоторых случаях может сыграть на руку династии, а в других — развязать войну.

Я почувствовала, как у меня пересохло во рту. А если ты не готова быть магической анамалией?

— Итак, — продолжил Вильдер, — кто назовёт правящую династию Верхогорья?

Но он не успел услышать ответ...