— До нужной спальни-то дойдёшь, или в какую койку ложиться мне тоже тебе подсказать? — саркастично заметила она и, не дожидаясь моего ответа, ушла, а я осталась стоять, не понимая, что на самом деле происходит.

В конце концов я перестала стоять истуканом — с опаской озираясь быстро сбросила одежду и вошла в купель. Как же приятно! Горячая вода расслабила мышцы, и я застонала от облегчения и, наконец, расслабилась.

Голову вымыть удалось, как ни странно, довольно легко — сначала нашлось мыло пожёстче, им я отмылась практически до скрипа, а потом я взяла более мягко пахнущее мыло, от него волосы стали гладкими, как после бальзама.

Я совсем расслабилась, теперь бы поесть ещё… но сначала просто немного понаслаждаюсь тишиной.

Только я закрыла глаза и позволила голове откинуться назад, как…

— Что ты здесь делаешь? — голос мастера Харгрейва.

Я едва не утонула.

Вынырнула с шумом, захлебнулась, уронила мыло, чуть не поскользнулась, — в общем, полный набор позора в одной вспышке паники.

Чуть не ушла под воду целиком. Опустилась по самый подбородок и дико посмотрела на мужчину. Ощущение было, будто он — апокалипсис, а я — без зонтика.

— Что ты делаешь в моей помывочной, Мира? — повторил он.

— В-вашей?.. — пролепетала я, прячась по подбородок в горячей воде.

В дверях, как грозовое облако в человеческом обличье, стоял мастер Харгрейв. Полотенце небрежно переброшено через плечо, взгляд — ледяной. Весь такой собранный, контролирующий… и до неприличия обнажённый по пояс.

— Личной, — отчеканил он. — Как ты сюда попала?

Я моргнула.

Очень хотелось сказать: «Порталами судьбы, ошибкой мироздания и немного — по глупости», но вместо этого вышло куда более спутанно:

— Эм… Лина… Я попросила показать, где тут вообще можно… ну… помыться, — голос мой сорвался на писк. — Я не знала…

Он сдержанно выдохнул, и, кажется, всерьёз пересчитывал в уме до десяти, чтобы не взорваться.

— Эм… случилось недопонимание…

Зачем Лина привела меня в ванную Харгрейва?! Решила, что я его любовница? Поэтому была такой злой со мной?

— Значит, недопонимание, — резюмировал он мрачно.

— Точно! Абсолютно случайное! Извините, — щёки мои наверное были краснее свёклы. — Я новенькая здесь и совсем ещё не разобралась, как тут и что!  Я сейчас всё — уйду, исчезну, забуду, что вообще сюда заходила… Только вы, пожалуйста, отвернитесь. Или выйдите. Нет, лучше — и то и другое!

Он подошёл ближе. Ближе! Я мысленно заорала. Он остановился у самой купели.

— Ты в состоянии самостоятельно выбраться отсюда, или мне лучше убедиться, что не утонешь?

— Нет! Вернее, да! Я — в состоянии! Всё хорошо! Отлично! Просто идеально! — пролепетала я, ныряя почти по нос в воду.

Он посмотрел на меня с сомнением, а наконец отвернулся. Благословенная спина! Я молниеносно выскочила из воды, натянула на себя форму, мокрая, неуклюжая, с запутанными волосами — выглядела, как выжатый лемур после душа.

— Извините ещё раз, — пробормотала я, засовывая ноги в ботинки, — я не хотела… Я правда… Уже ухожу.

— Ммм.

Да что это за звук вообще? 

Я немного отжала волосы и подошла к преподавателю.

— Приношу глубочайшие извинения. Всё. Я пошла. Больше этого не повторится. Ни за что. Никогда.

Но только я потянулась к двери, как его рука легла мне на плечо. Лёгкое, почти неощутимое касание — и всё же я застыла, как заколдованная.

— Ты забыла это, — тихо сказал он.

В его руках была моя сорочка. Та самая, которую я постеснялась надевать при нём и в панике оставила на лавке.

О боги. Пусть кто-нибудь меня унесёт. Сейчас же. Прямо отсюда.

— Спасибо, — наши взгляды встретились.

Мастер Харгрейв не был взбешён, он потешался!

 Я выхватила ткань и пулей вылетела из помывочной.

Даже встреча с драконицей была менее унизительной. Это — официально худший день в моей жизни.

Мастер Харгрейв