Он схватил меня за запястье и потащил. Я упиралась, тянула назад, хваталась свободной рукой за всё, за что можно было ухватиться. За угол столика, который тут же съехал в сторону, за портьеру, которая поехала за мной по кольцам, а потом и вовсе оборвалась. За дверной косяк смежной комнаты.

— Пусти меня! Отпусти! Помоги-и-и-те! Люди добрые!

— Не кричи, — шипел он, не останавливаясь. — Мы успеем сбежать.

— Нет! — я вцепилась в оконную раму обеими руками. — Я не поеду с тобой никуда. Слышишь? Я никуда не поеду!

— Ты сумасшедшая, — выдохнул он, пытаясь оторвать мои пальцы от рамы один за другим. — Ты совсем сошла с ума. После всего, что я для тебя сделал...

— Помогите! — закричала я последний раз, вкладывая в этот крик всё, что у меня оставалось.

Силы. Голос. Отчаяние. Надежду.

Грохот был такой силы, что я на долю секунды решила, что рухнули стены замка.

Дверь вылетела из проёма с куском каменной кладки, подняв облако пыли, и ударилась о пол с таким звуком, что заложило второе ухо.

Адриан отпустил мою руку и задрожал, как пёс, увидевший опасность.

В проёме стояли двое.

Глава 19

Глава 19

Кириан и Таэн выглядели крайне злыми. Мне казалось, что из ноздрей обоих сейчас повалит пар. Мужчины окинули взглядом комнату, оба скрестили их на моей сжавшейся фигурке. А потом перевели на моего пленителя, который решил первым наброситься на драконов с кулаками. Прямо на Кириана, с тем отчаянием человека, которому уже нечего терять.

— Ты! — голос сорвался на крик. — Это ты столкнул её с обрыва! Я видел! Я стоял внизу и видел всё! Ты хотел убить её ха то, что она тебя обманула. Ты убийца!

Кириан не двигался. Но от него исходили волны ледяного бешенства, из-за которого, казалось, в комнате температура снизилась на несколько градусов. На скулах проступила чешуя, зрачки вытянулись в тонкие вертикальные щели. Он был страшен сейчас по-настоящему. Как зверь, который защищает свою территорию.

— Ты хотел её убить, — продолжал Адриан, голос срывался, прыгал, в нём было столько всего разом, что я не могла разобрать, где ярость, а где страх перед драконом. — Думаешь, я не знаю, как это работает у вас, драконов? Если истинная пара мертва до закрепления метки, связь рвётся без последствий для дракона. Никакой боли. Никаких последствий. Ты решил избавиться от неверной жены, и это был самый удобный способ!

Кириан шагнул вперёд. Адриан кинулся на него, замахнулся, но Кириан поймал его руку, развернул, и мужчина с хрустом влетел в стену, по которой пошла трещина от силы удара.

Адриан сполз по ней с мученическим стоном, поднялся. Быстро, неожиданно быстро для человека, который только что приложился о камень. Мужчина двигался быстро, столь же быстро, как и генерал. Нырнул под руку Кириана, перекатился, оказался с другой стороны.

— Она была ещё живой, когда ты бросил её в море на скалы, — крикнул он, уходя от следующего удара. — Живой! И ты это знал!

Кириан рычал. Его лицо уже почти полностью покрылось чешуей, что выглядело и пугающе, и завораживающе.

Я попятилась, чтобы меня ненароком не задело. Столик у стены упал, за ним зеркало, бронзовая рама ударилась об пол с гулким звуком. Всё гремело, рушилось и летело в разные стороны.

Я споткнулась о край ковра и начала падать назад. Но спиной я наткнулась на что-то твёрдое и обжигающе горячее.

Сильные и надёжные руки перехватили меня раньше, чем я упала. Одна легла на талию, другая скользнула на живот, и сквозь тонкую ткань полотенца это прикосновение было таким остро-волнительным, что у меня перехватило дыхание. Слишком близко. Слишком горячо. Слишком осязаемо. Слишком волнительно.

Таэн подошёл сзади совершенно бесшумно. Я была слишком поглощена разыгравшейся перед глазами битвой, поэтому пропустила момент перемещения Таэна.

Колени подогнулись. От ужаса вида драки. От близости. Я уже не могла разобрать, от чего именно. И я слишком сильно устала, чтобы сосредотачивать на этом своё внимание.

Таэн низко наклонился, и влажные губы коснулись кожи на моём плече. Едва-едва. Почти случайно. Но достаточно, чтобы я перестала дышать.

— Скажи мне, — произнёс он тихо прямо у кожи, щекоча чувственные окончания своим дыханием, — ты ждала его? Помнишь своего бывшего возлюбленного?

В голосе было что-то. Не насмешка, не равнодушие. Что-то острое и живое, спрятанное под привычной ленцой. Что-то, что он пытался от меня скрыть. Что-то, что нешуточно меня волновало.

Я выдохнула. С трудом сдержала желание откинуть голову назад, на сильное и надёжное плечо, открывая больше доступа к чувствительной коже.

— Я вижу этого человека первый раз в жизни, — произнесла я тихо и честно.

Таэн помолчал секунду.

Потом хмыкнул. Коротко. Довольно.

И в следующую секунду резко развернул меня.