— Сиди так, — сказал Таэн, закончив с нанесением мази. — Не двигайся.

Встал и ушёл куда-то, оставив меня в полной растерянности смотреть ему вслед. Вернулся он через пять минут. В руках были новые белые носочки с красивыми кружевами и простые кожаные туфли на плоской подошве.

— Это лишнее, — сказала я, поджимая пальчики на ногах.

— Надевай. Твоя обувь ужасна и не пригодна для ношения.

— Таэн, я не могу принять...

Он опустился на корточки снова, заглянул своими тягуче-медовыми глазами в моё лицо. Положил ладонь на мою икру и медленно, не спеша, провёл вниз, к щиколотке. Я замолчала на полуслове, лишившись дыхания, способности думать.

Медовые глаза смотрели снизу вверх, и в них было что-то такое, от чего все правильные слова куда-то девались. Он держал взгляд, не торопясь, не отводя.

Взял носок. Бережно надел на мою ногу, не задевая натёртые места. Потом второй.

Следом за этими манипуляциями взял туфлю и обул меня. Так же, не торопясь. Проверил, не жмёт ли мне, чуть затянул шнуровку.

— Пока мазь не впитается, ходи в носках, — произнёс он хрипло, языком пробегаясь по губам и делая их желанно-блестящими. — Потом мозоли натираться не будут.

Встал. Ушёл в трактир. А я сидела на месте, прижав ладони к пылающим щекам и думая о том, что солнце сегодня слишком печёт. Что мысли у меня неправильные. И желания тоже.

Я сидела и смотрела на новые туфли, которые были мягкими. Почти как его руки.

Я тряхнула головой и пошла дальше работать. Скоро нужно будет возвращаться в деревню. Уверена, мои старички переживают, почему я не вернулась.

День продолжался. Мужчины белили стены и меняли полы, пока я раскрашивала новое меню. Я решила рискнуть и сделать кондитерскую. Я искренне хотела верить, что мне повезёт.

Я не смотрела на мужчин, но постоянно чувствовала затылком их взгляды. Не оборачивалась, упрямо продолжала работать. Я никуда не уеду отсюда. А они… Они пусть возвращаются в замок. Главное, чтобы оба оставили меня в покое.

Наивная. Я даже не догадывалась, что драконы никогда не выпускают свою добычу из лап.

Глава 31

Глава 31

За день управиться не успели. К вечеру стены были ровными, а пол был сделан лишь наполовину. У меня от жары кружилась голова, а спину ломило от неудобной позы.

Таэн уже вставил окно, которое выглядело настолько красиво, что мне не хотелось отводить от него взгляд.

Таэн работал, напевая себе под нос незамысловатую песню. Кириан же выглядел так, будто в его раздражал весь. А я больше всех.

Тьфу ты! Недозревшие персики. Тоже мне, принц-обиженка. И это мой истинный? Его я должна безусловно любить и терпеть? Сплошная нервотрёпка.

Я находилась на кухне, когда услышала скрип колёс подъезжающей к трактиру повозки. Я успела выйти в зал.

Розмарий спрыгнул с повозки ещё до того, как лошадь полностью остановилась. Быстро добежал до дверей трактира и влетел внутрь с таким лицом, будто ожидал увидеть пожар или что-то хуже.

Увидел Кириан и Таэна. Пыльных, потных и уставших. Замер, изучая представшую перед глазами картину. Потом медленно повернул голову ко мне. В глазах плескалось такое хитрое понимание, что я немедленно начала рассматривать потолок.

— Значит, вот оно как, — произнёс он с удовольствием.

— Дедушка, — сказала я, вытирая мокрые руки о передник, — я готова ехать.

— Ясно, ясно, — пробормотал он себе под нос, продолжая улыбаться.

— Я поеду с дедушкой домой, — объявила я мужчинам, беря с крючка шаль. — До завтра.

— Нет.

Кириан отложил молоток. Шагнул ко мне, и прежде чем я успела отойти, пальцы сомкнулись на моём запястье. Не грубо, но настойчиво. Несмотря на моё сопротивление, мужчина потащил меня на кухню.

Кириан толкнул кухонную дверь. Втащил меня внутрь. Захлопнул её за нами. Прижал меня к двери. И тут же навис. Давя своим взглядом и мощью, которая подавляла.

— Даже не думай, — произнёс он. — Ты останешься здесь под моим присмотром. Никуда ты не едешь. Ночевать будешь здесь.

— Я еду домой, — твёрдо повторила я, готовая сражаться за своё личное пространство до конца.

— Я сказал нет.

Он взял меня за подбородок. Пальцы легли привычным захватом, заставляя смотреть на него. Вот же ж… Властный горе-засранец! Что за привычка хватать меня постоянно? Потом синяки долго сходят. Я немного повернула голову и со всей силы укусила его за пальцы.

Он отдёрнул руку. Уставился на неё с таким видом, будто не мог поверить в случившееся. Потом посмотрел на меня, как на умалишённую. Молчал поражённо полминуты, а потом с яростью выдохнул:

— Ты.

Он схватил меня за плечи, встряхнул, будто хотел вытрясти из меня всю дурь. Не получится, милок. Мы лихие и придурковатые!