Я в испуге вжала голову в плечи, меня начало колотить от страха со страшной силой.

— Я дала тебе второй шанс, — продолжила женщина, чуть повышая голос. — Ты умерла в своём мире, и я отправила тебя сюда, дав второй шанс на исправление ошибок. В мир, где тебя ждал твой истинный. Мужчина, который способен сделать тебя счастливой и закрыть ту чёрную пропасть одиночества в твоей душе, с которой ты так долго жила.

— Я понимаю, — сказала я дрожащим голосом. — И я очень благодарна, но…

— Но?

— Кириан подавит меня, — произнесла я, отводя взгляд и собираясь с силами, чтобы озвучить свои мысли. — Не со зла. Просто он сам по себе такой. Властный. Привыкший, что все ему подчиняются и никогда не спорят. Со временем я просто перестану быть собой. Буду кивать, соглашаться и уступать ему. Я просто стану послушной и бездушной куклой, преданно заглядывающей ему в глаза. Люди в отношениях должны уметь меняться и подстраиваться друг под друга. Но Кириан не станет. Он будет лепить из меня удобную ему жену.

— В этом и есть суть истинности.

— Мужчина, которого я полюбила, смог сразу понять, что я не Виола. Он заботится обо мне даже зная, что мы не сможем быть вместе. Он видит и слышит меня.

Богиня смотрела на меня белыми глазами и молчала.

— Если ты так решила, — произнесла она после паузы, — я разорву связь. Но ты сама потом пожалеешь о своей просьбе. Это я тебе обещаю.

Белый свет снова ударил по глазам. Я снова сидела на коленях на холодном каменном полу храма. Я с трудом поднялась, чувствуя, как затекло всё тело, и медленно побрела на выход. Всё тело трясло от ужаса. И я знала, что богиня приготовила для меня что-то страшное.

Глава 37

Глава 37

Я увидела зарево ещё за поворотом. Оранжевое, живое, оно дрожало над крышами и бросало отсветы на стены соседних домов. Я остановилась на секунду, не понимая, что происходит. Была тишина, по улицам никто не ходил кроме меня. Все спали. И никто кроме меня зарева не видел.

Я свернула за угол, а потом побежала, спотыкаясь на каждом шагу. Кондитерская горела. Полыхала настолько ярко, что освещала соседние улицы. Огонь шёл изнутри, из окон вырывались языки пламени, вывеска, которую мы рисовали с Таэном, чернела и скручивалась. Дверь была распахнута настежь, и из проёма валил дым.

Я остановилась на улице и часто дышала, пытаясь понять, где все. Почему так тихо? Почему никто не спешит на помощь?

Я стояла и наблюдала, как всё съедает прожорливое пламя.

Всё.

Столики. Витрину. Полки, которые Таэн делал три дня. Скатерти, которые я стирала и гладила.

— Лидья! — закричала я. — Розмарий! Таэн! Кириан!

Никто не отзывался. В ответ доносился только треск огня. И тут услышала звук. Тихий, жалобный и дребезжащий. Из кондитерской доносился детский крик. Высокий и испуганный.

София. О Боги! Там осталась София и завала на помощь. Маленькая и беззащитная. А что если там и все остальные? Что если они спят и не знают о пожаре? Я замотала шаль вокруг лица и ринулась внутрь.

Жар ударил сразу со всех сторон, будто я шагнула в печь. Я зажмурилась на секунду и заставила себя открыть глаза.

Кондитерская с каждым мгновением горела всё сильнее. Я видела, как огонь пожирает запасы с мукой и сахаром. Как пожирает дерево с хрустом и треском, который казался живым и страшным.

Дым был повсюду. Я пригнулась и начала пробираться внутрь.

— София! — крикнула я, и голос вышел хриплым от дыма.

Треск. Где-то справа что-то рухнуло. Я отшатнулась, с трудом увернулась от горящей палки, которая упала в нескольких шагах от меня.

— София, откликнись! Где ты, малышка?

Слабый звук донёсся из глубины кондитерской. Он шёл откуда-то из-за прилавка.

Я побежала туда, не медля ни секунды.

Из-за дыма слезились глаза. Я видела очень плохо. Практически ничего. Только пляшущий по стенам огонь и очертания мебели сквозь серую пелену. Споткнулась о перевёрнутый стул, схватилась за прилавок, с трудом удержалась.

Я заглянула за него, но Софии там не было. Вновь раздался её голос, но с другой стороны. Она плакала. Громко и испуганно, из-за чего моё сердце сжималось всё сильнее и отчаяние.

Огонь добрался до потолочных балок. Я слышала, как дерево трещит над головой, как что-то скрипит и стонет.

Я бросилась в другую сторону. Надеялась, что успею добраться до Софии, но раздался ужасно громкий треск. Сверху рухнула балка.

Я упала, как подкошенная. Ладони обожгло, начало проедать углями, которые были повсюду и застилали пол. Я попыталась встать, дёрнулась, почувствовала, что не могу пошевелить ногами.

Крик прекратился. Я дёргалась, пыталась встать, помочь Соне. Но я совсем перестала чувствовать ноги. Всю нижнюю часть тела. Не было боли. Не было ни-че-го. Только огонь. И заполняющий лёгкие дым.