– Чтобы навести на врачей и родильницу морок, у меня был амулет, так что я не боялась провалиться. Единственное, что пугало, попасть на сверхов. Но больница, в которой я работала, была государственной, а в таких сверхи не рожают, так что мне крупно повезло. – Саша тяжело вздохнула, справляясь, наконец, со слезами. – На Касьяновых я попала совершенно случайно. Как только переступила порог больницы, меня вызвали в родильное отделение. Я подрабатывала там санитаркой. Я уже говорила. – Крёстная глубоко вздохнула, осторожно поглаживая мою руку. – Ребёнок Касьяновых родился с заболеванием, несовместимым с жизнью. «Использовать амулет прямо сейчас – это мой единственный шанс», – поняла я. Вот и вытащила его из-за пазухи, больше не медля ни секунды. Врачи замерли, а я бросилась в ординаторскую с мёртвым ребёнком. Мне было так страшно… но видимо сам бог был в тот момент на моей стороне, и никто по пути не встретился. Да и ординаторская была недалеко. Ты спала там в моей сумке. Я… я накачала тебя димедролом, чтобы ты вдруг не обнаружила себя. Я была словно в тумане. Такая авантюра… – крёстная покачала головой. – Ты же знаешь, как я сюрпризы не люблю. А тут такое! Но я обещала… и ради Аси…

– Помню, – тихо прошептала я, поглаживая Сашу в ответ. – Ради Аси ты была готова на всё.

– Да. Ради Аси и маленькой принцессы Лёши. Сама не знаю, как у меня всё получилось. Касьянова Карина из всего этого балагана запомнила только одно – санитарка каким-то чудом спасла её дочь. Так мы познакомились… потом подружились. Карина очень хорошей оказалась женщиной. Стас тоже… Он стал тебе настоящим отцом, заботливым и внимательным. А я… я не смогла отказаться от возможности видеть, как ты растёшь и что с тобой всё в порядке.

– Что стало с их родным ребёнком?

– Я похоронила его в роще, – призналась женщина, сильно дрожа от волнения. – Наверное, это мой самый страшный грех…

Я лишь обняла Сашу ещё крепче. Не мне судить о таких вещах. Тем более она не виновата, что ребёнок родился мёртвым.

В одном я была точно уверена – моя благодарность к этой простой, хрупкой женщине не знает никаких границ!

–… мне было так страшно… Я не испытывала с тех пор большего ужаса. Только вчера всё изменилось, когда мне позвонила Карина и сообщила о твоём исчезновении, о свидетеле, видевшем, как ты ушла под лёд… Волковы… Господи! Как я просила тебя не идти работать в этот проклятый ВУЗ!

– Прости меня, Саш. – Прижавшись к крёстной всем телом, зарыдала, отпуская напряжение последних дней.

– Ничего… ничего… мы справимся и с этим. Я что-нибудь придумаю, – с отчаянием шептала женщина, проводя руками по моим волосам, как в детстве.

– Я придумала за вас, – громко высморкалась бабка Агата, вытирая слёзы огромным носовым платком.

Я почти забыла о ней, погрузившись в историю Саши.

– Вы поможете нам? – недоверчиво спросила Северянская.

– Да. – Решительно ответила старушка. – И поступим мы так…

Саша уехала на следующее утро, получив все необходимые инструкции по успешному укрывательству гибрида. Белого ли? Я сильно сомневаюсь, хоть бабка Агата и стала на меня смотреть, как на активированную бомбу. Пусть вторая ипостась и подала признаки жизни там, в пещере Никиты, но её цвет сущности так и остался для меня загадкой. Я в тот момент вообще не о красоте думала…

В общем, ночь прошла вез сна для всех нас, зато утром, как только наш странный тандем проводил человечку за пределы избы, Агата велела забираться на лежанку и отсыпаться.

– Слишком много у нас работы, – ворчала хозяйка сторожки себе под нос, следя за тем, чтобы я послушно выполнила её приказ.

Меня никто не будил до вечера. Как выяснилось, нам предстояла ещё одна бессонная ночь. Разлом печати на силе ведьм – довольно сложное мероприятие, особенно, когда ломает печать одна единственная ведьма. Да ещё и не родственница.

Когда солнце село, позвонила Саша. Крёстная связалась со знакомым бабки Агаты, работающем в морге. Всю кровь, что Саша взяла у меня перед уходом, вкачали многострадальному телу. Одели в мою одежду. Ведьмак, коим оказался старичок, возвращающий Агате должок, наложил на тело морок, поэтому брать грех на душу и увечить тело, не потребовалось.

Что имеем в итоге? Бедные родители, которые даже не в курсе, что теряют уже второго своего ребёнка, опознали в мёртвой девушке меня. Эксперты по телу дали предварительное заключение: утопление. Оборотни всё это дело незаметно проконтролировали. Крёстная данное уточнение практически рычала в трубку, виня во всём только зубастых сверхов. В остальном, всё прошло гладко. Как мы и ожидали.

Следующим шагом была печать, и мы приступили к нему, как только Агата дала отбой.

Собрав большую сумку свечей, мы выдвинулись в путь. Нужно было дойти до какого-то там алтаря.

Топать пришлось очень долго. Удивил лёгкий шаг старушки, а мы вообще-то шли через тёмный ночной лес по большим сугробам! Агата только под нос себе ворчала, к чему я уже начала привыкать, в остальном виду не подавала, что ей что-то не по плечу. Зато я запыхалась, чем рассмешила ведьму:

– Вот тебе и оборотень! Даааа… дохлый какой-то. Эх! С ведьмовской силой я тебя быстро научу обращаться, а вот звериная сущность… тебе бы оборотня-наставника. Эти сверхи стаями не просто так живут. Звериная ипостась быстрее подчиняется человеческой, когда рядом сильный зверь. Обычно это альфа… Как ты понимаешь, тебе альфу искать – я не помощник.

– Так-то я тоже не горю желанием его искать, – переняла ворчливый тон старушки.