– А зря, – продираясь сквозь ветки валежника, громко фыркнула Агата, спугнув тетерева. – Чтобы дать отпор альянсу ведьм и оборотней, ты должна быть сильной по всем фронтам. Сильной и независимой!

Резон в словах ведьмы был, да только снова потерять контроль над своим телом я не хотела. Если бы можно было поставить печать на оборотническую сущность, я бы не преминула этой возможностью воспользоваться!

До загадочной опушки леса мы добрались к рассвету. Я была уже на последнем издыхании, злая и уставшая, как вол, который вспахал в одиночку не один гектар хозяйских угодий.

Только любопытство было неутомимо.

Как только Агата приказала забираться прям в куртке на холодный заснеженный камень, я вся подобралась, внимательно наблюдая за работой специалистки по сверхъестественному.

Ведьма расставила пять свечей, встала в моём изголовье, обхватила руками мою голову, всем этим напоминая процедуру экзорцизма, где, судя по фильмам, изгоняют страшных демонов из людей.

Уже собралась насладиться процессом воочию, как сознание просто отключилось, уступая место одной сплошной боли.

Кажется, я кричала. Потом плакала и снова кричала.

Не могу сказать, сколько это продлилось, но когда смогла открыть глаза, перед взором простиралось светлое северное небо.

В горле было сухо. Язык распух. Лицо обжигал холод. Кажется, слёзы застыли прямо на щеках, превратившись в стылый лёд.

– Ну, вот… – вяло протянула Агата, прислоняясь к камню. – Мы справились. Давай-ка подкрепимся, да нечё рассиживаться боле. Пусть это и ведьмовская сторонка, но оборотни тут тоже часто попадаются. Шныряют паршивцы, будто им тут гормонами самок намазано. Животня!

Я уже успела заметить, что Агата оборотней не жалует, но было как-то… неприятненько при всём моём безразличие.

Это было странно. Будто думаю я, и не я одновременно.

Прислушивалась к себе всю обратную дорогу, но неприятие к ведьме больше не проявляло себя, сколько бы я ни старалась зацепиться за малейший негатив.

Доковыляли до избушки к обеду.

Страшно хотелось есть. Нет. Не так. ЖРАТЬ!

Я даже вызвалась приготовить еду. Бабуля со своим скромным рационом не баловала меня, а на одних бульонах не проживёшь, какими бы вкусными они не были!

Через час у меня был готов наваристый борщ из мяса заводской птицы, которая подозрительно быстро приготавливается, и итальянская паста со сливочным соусом. Готовка – моё хобби, если так можно назвать дикую потребность во вкусной еде.

– Это бесподобно! – оценила по достоинству мои кулинарные навыки бабка Агата, шустро наворачивая вторую порцию спагетти. – Сама я не особо люблю готовить. Зелья – совсем другое. А со стряпнёй у меня вечно что-то случается. То пересолю, то слишком много крупы в кастрюлю кину. Тесто – вообще мракобесие.

Я с улыбкой уплетала борщ, мысленно млея от наслаждения.

– Думаю, всё дело в отношении, – подумав, вынесла вердикт. Сама прислушайся. Ты о зельях говоришь с восхищением и глубоким уважением. О готовке же сказала, как о чём-то позорном. Так как формирование восприятия уходит к корням знакомства с тем или иным навыком, вспомни, что пошло не так.

– Ммм… – Агата удивлённо моргнула. Вилка старушки зависла с макаронинами на полпути ко рту. – Эээ…

– Что-то испортило тебе отношения с обычной готовкой. Что это было?

– Верховная Марианна, – прошептала шокировано Агата, удивляясь простому анализу прошлого. – Старшая ведьма учила нас зельям… нам было лет по семь. Так вот те, кто плохо её слушал, вертелся или баловался, ссылались в наказание на общественную кухню. Управляющая Виола была ужасным тираном. Нам с Дашей могли дать три мешка картошки! И если мы не успевали почистить её за полчаса…

Агата вздрогнула, выныривая из воспоминаний прошлого.

Я понятливо покивала.

– Вооот. Причина достойная. Обычно с такой идут к психологам, но я вот что тебе скажу: ты уже взрослая. Тебе не семь лет. Бояться больше нечего. Просто прими это. Логика – самое лучшее оружие против детских страхов и обид. Готовка – это не наказание… считай, что она – ещё одно творческое ответвление зелий.

Агата хмыкнула.

– Неплохо. Ты – психолог, что ли?

– Нет. Я – педагог, у которого такие предметы как возрастная психология и коррекционная в программе обязательны.

– Ясно. Что ж, спасибо. Я попробую перестроиться, но буду рада, если ты, пока я буду обучать тебя волшбе, возьмёшь готовку на себя. Очень уж вкусно у тебя получается.

– Ладно, – я пожала плечами, не видя в просьбе женщины ничего критичного. Наоборот, еда с чужих рук – это не моё.