– Ага, – Колосова гордо усмехнулась, задрав свой очаровательный носик. – Я! Оказывается, я способная мастерица. Сама обалдела, когда первый раз создала артефакт. Естественно, поэкспериментировав, решила этим воспользоваться.

– Естественно, – повторил за своей очаровательной хвастуньей, заворожённый красотой тигрицы.

– Ну, вот. Так что никто из ведьмаков не поймёт, что я из их братии.

– А что за магический посыл ты вложила в кулон?

– Заговор на сон. У меня тоже есть кулон. Но он настроен на отвод глаз и приглушение звука, чтобы нас всякие разные плохо слышали и не улавливали суть беседы. Полезные вещи – эти артефакты! Если кто спросит, отвечай, что мы специально приобрели этот кулон для таких походов в больницу.

– Полый артефакт для ворожбы… – задумчиво протянул я, подстраивая шаг под шаг девушки. – Не слыхал о таких…

– Потому что их не было… пока я не нахимичила.

Такая новость заставила меня нахмурить брови.

– Это плохо. Если аналогов нет, кулон вызовет вопросы. Особенно здесь, в больнице. Врачам такой артефакт придётся по душе. Представляешь, сколько за него захотят отдать? – Настроение резко скатилось на отметки «Тревога».

«Но и ребёнка жалко…» – не успел подумать, как сразу представились медицинские шприцы с гигантскими иголками, уколы всякие… и застыл статуей на пороге огромного здания.

– Эээ…

– Успокойся, – Аня перехватила сына одной рукой, а второй погладила моё плечо.

Я вздрогнул.

Мягкая улыбка девушки отогрела мои мышцы. Я медленно расслабился, если это можно так назвать.

– Всё хорошо. Это не первый наш визит в больницу. Знаешь ли, поход к врачу всегда вызывает у меня опасения. Сын слишком мал, чтобы неосмотрительно упустить тот факт, что обернуться в волчонка Женя может, когда пожелает. И объяснения для кулона заготовлены давно. У меня в салоне работает помощница. Малика. Очень хорошая. Она берёт на себя всё, что я создаю, и получает с этого хорошие проценты.

– Не болтливая?

Колосова фыркнула:

– С клятвой крови не поболтаешь.

На моих губах расцвела улыбка.

«Быть невозмутимым с Аней нереально!»

– Ты… невероятная.

Аня смутилась, опустила взгляд и посмотрела на сына. Потом вернула своё бесценное внимание мне.

– Возьмёшь его?

Я обалдел от неожиданности, а потом вытянул руки.

Пальцы подрагивали от волнения, но когда малыш оказался в моих объятиях, уже ничто не могло поколебать правильность происходящего.

За спиной раздались шаги.

«Сергей Северянскую ведёт».

Аня вздохнула и сделала шаг навстречу догоняющим.

– Я поговорю с ней сейчас, пока мы не зашли в больницу.

Коротко кивнув, уставился заворожённо на малыша.

Сергей подошёл ближе и замер.

– Никита, что происходит?

– Это мой сын, – улыбнулся я, как придурок.

Баринов не выдержал и растерял всю свою мрачность.

Бета посмотрел на мальчика в моих руках и сделал глубокий вдох, будто вся тяжесть мира спала с его плеч.

– Дааа…

Посмотрев в сторону Колосовой и её крёстной, усмехнулся, ощутив работу артефакта в действии. Слышно женщин было плохо, будто они шептались. И суть разговора путала. Я через силу попытался её уловить. Получилось плохо, но получилось.

– … нас защитит… – уверенно заявила Аня.

– … вдруг ловушка!?

– … ты тоже…

– … прости…

Поморщившись, бросил попытки подслушать. Больная голова сейчас ни к месту.

Аня с Северянской вернулись. Меня наградили кивком.

– Идём, – коротко бросил я, входя в здание первым.

POV Филиппа Касьянова

Разговор с крёстной дался нелегко. Саша извинялась с отчаянным сожалением. Северянской было по-настоящему страшно. И дико то, что я понимала её животный страх. Саша пыталась по мере своих человеческих возможностей решить проблему нашего существования, которое Никита поставил под угрозу. «Сверх оборотень не может отпустить свою пару!» – этот закон был непреложен. Саша прекрасно это осознавала, вот и бросилась на крайние меры, перетянув «одеяло» на себя. Теперь же Северянскую колбасило не по-детски. Она испугалась ещё сильнее, ведь Женю у неё забрали, а я стала холодна.