Какой великодушный! Удивительно, как легко он жертвует документом, который, возможно, был важен. Хочется взглянуть, что он собой представляет, но глава Шэн пристально глядит на меня. Я беру бумагу и кистью вывожу на ней иероглиф. Цзюфэй пристально следит за моими действиями, словно боится, что я сделаю что-то опасное. Хотя, если подумать, такая вероятность есть.

Раствор прозрачный, так что когда бумага высыхает, то снова становится белой. Для того чтобы закончить эксперимент, мне приходится поджечь деревянный кончик кисточки. Одному из помощников кузнеца не нравится, что я порчу вещь его мастера.

— Эй, что вы творите?! — восклицает он и делает несколько шагов ко мне.

— Назад! — командую я, шагнув в сторону.

Краем глаза замечаю, как кузнец подаёт своим помощникам знак отступить. Кажется, ему, как и главе Шэну, интересно, что я задумала.

Я осторожно опускаю обуглившийся кончик кисти на бумагу и замираю. Мысленно скрещиваю пальцы, надеясь, что эксперимент будет успешным. Несколько мгновений кажутся вечностью, но вот бумага начинает тлеть в одной точке. А затем тление быстро расходится из центра в стороны, и на листе словно бы образуется ровный рисунок. Выжженные линии на бумаге образуют иероглиф «огонь».

В кузнице повисает напряжённая тишина. Все, кроме главы Шэна, смотрят на меня как на демона. Честно говоря, мне даже немного нравится этот момент. Я торжествующе улыбаюсь и оборачиваюсь к своему будущему мужу.

— Моё предположение оказалось верным! В пещере, где растут купленные вами грибы, есть отложения селитры, — объявляю я радостно. — Думаю, там мы сможем добыть достаточно селитры, чтобы удобрить сады во всём городе.

Глава Шэн глубоко вздыхает и бросает на кузнеца Цзюфэя долгий взгляд. Тот кивает ему и кланяется. После мой будущий муж снова обращается ко мне:

— Я понял тебя. Мои люди добудут для тебя эту твою селитру.

Я улавливаю в его голосе какие-то странные довольные нотки. Это его новость про удобрения так обрадовала? Впрочем, ладно. Пусть уж лучше радуется всякой ерунде, чем замышляет смертоубийства в другом клане.

Не задерживаясь, мы направляемся обратно в поместье. Проезжая через город, я замечаю, как сильно меняется его облик по мере того, как мы приближаемся к центру. На окраине города люди живут скромно, в небольших домах с соломенными крышами. Народ там держится настороженно. Взгляды случайных прохожих полны недоверия. Но чем ближе к центру, тем больше появляется просторных улиц, украшенных фонарями и шелковыми вывесками. Вокруг снуют богато одетые горожане. Каменные здания сменяют деревянные лачуги. Здесь город живёт совсем по-другому — люди смеются, переговариваются, кажется, будто тяжесть мира их не касается.

Я размышляю, насколько трудно мне было бы, попытайся я сбежать от главы Шэна и раз за разом прихожу к выводу, что заключить с ним брак — не такая уж плохая идея. Вот только мне нужно как-то научиться понимать его, чтобы быть готовой к неприятностям. К примеру, сейчас меня не покидает чувство, что глава Шэн чем-то сильно обрадован и взволнован. Хотя внешне он ведёт себя, как обычно, всё же я замечаю, как неспокойно ему сидится на месте. Мы, как и прежде, не смотрим друг на друга, но периодически у меня появляется чувство, что глава Шэн поглядывает на меня исподтишка. Такое поведение сбивает с толку.

Повозка плавно останавливается у ворот поместья. Глава Шэн первым выходит наружу и неожиданно подаёт мне руку, помогая спуститься. Я удивлённо смотрю на него.

— Что-то не так? — спрашиваю я прищуриваясь.

Он вскидывает брови, словно не понимает, о чём я.

— Почему ты так решила?

Я запинаюсь, не зная, стоит ли озвучивать свою мысль. Но, с другой стороны, лучше выяснить всё сразу и не терзаться сомнениями.

— Просто… вы ведёте себя странно, — говорю я, отводя взгляд.

— Странно? — повторяет глава Шэн.

— Вы любезны со мной. Обычно это вам не свойственно, — поясняю я, пожимая плечами.

Он криво усмехается, отчего мне становится ещё полее не по себе.

— Ты плохо меня знаешь, Янью, — произносит он вздохнув. — Я любезен со всеми людьми, о ком высокого мнения.

Его слова застают меня врасплох. Я не знаю, как на них реагировать. Безусловно, то, что он начал ценить меня, очень приятно. Вопрос только: были ли его слова искренними? И ещё важнее, что я такого сделала, что глава Шэн внезапно признал мою ценность?

Я теряюсь в своих мыслях. Замечаю, как ко мне спешит моя служанка, явно обрадованная моим возвращением. Глава Шэн кивает мне в знак прощания, и я направляюсь к своим покоям.

Глава 21

Подготовка к свадьбе начинается неожиданно. Всего за пару дней меня затягивает в водоворот обсуждений, примерок и поездок по свадебным делам. Глава Шэн, словно желая показать всем, насколько важен этот брак, приглашает лучших портных Чжунгуана. Они приезжают в поместье с сундуками тканей, шелков, украшений и бесчисленными свитками с эскизами. Я не могу отрицать, что сам процесс приготовления меня завораживает. Впервые в жизни я чувствую себя главной героиней, окружённой вниманием, роскошью, и предвкушающей нечто грандиозное.