Я на секунду отвела взгляд, делая вдох, но тут же вернула внимание к нему, не позволив себе ни жеста, ни выражения, которые могли бы выдать реакцию.

— Я не был готов, — честно сказал он. — Всё произошло слишком быстро. Но… это уже не имело значения.

Он сделал короткую паузу.

— Мы поженились. Быстро. Практически без огласки.

Я уловила, как в его голосе мелькнула тень иронии.

— Тогда же она узнала, кто я на самом деле. И… была очень этому рада.

Я чуть склонила голову, не комментируя, но смысл был очевиден.

— Сначала всё выглядело… нормально, — продолжил он. — Но довольно быстро начали проявляться несостыковки в быту и взглядах на жизнь. Беременность проходила тяжело, она ушла с работы, и всё напряжение… оказалось дома.

Он говорил спокойно, без резкости, но за этой сдержанностью чувствовалась усталость — не текущая, а та, что осталась от пережитого.

— Постоянные придирки. Ревность. Давление. Её не устраивала моя зарплата, и она не понимала, почему я не пользуюсь деньгами семьи.

Я невольно нахмурилась.

— Чтобы не возвращаться к зависимости, — тихо добавил он, будто отвечая на невысказанный вопрос. — Это было важно для меня.

Он перевёл взгляд на горизонт.

— Я стал чаще задерживаться на работе. Это… было проще. И в какой-то момент карьера действительно пошла вверх.

Я слушала, чувствуя, как внутри постепенно меняется отношение — от осторожного напряжения к тихому, почти болезненному пониманию.

— Потом родилась дочь, — продолжил он, и в этот момент его голос стал мягче. — Первые годы были тяжёлыми. Я уже не мог позволить себе пропадать на работе и старался быть дома, помогать.

Он на мгновение замолчал.

— Но к этому времени… всё уже изменилось.

Я не торопила его.

— Она всё чаще отсутствовала. Салоны, спорт, встречи. Мы практически перестали находиться дома вдвоём.

Вечер вокруг нас оставался таким же тихим и красивым, но теперь в нём появилось другое настроение — более глубокое, чуть тяжёлое.

— На третий год, — продолжил Кайто, — я начал замечать утечки. Наши разработки появлялись у других компаний.

Я напряглась.

— Я проверил офис. Ничего. И только потом вспомнил, что всё чаще брал работу домой.

Он коротко выдохнул.

— Камеры.

Одного этого слова оказалось достаточно.

— Я пересмотрел записи… и увидел.

Его голос не изменился, но в этой ровности было что-то особенно тяжёлое.

— Она работала за моим компьютером. Копировала данные. Передавала.

Я почувствовала, как внутри холодно сжалось.

— Я подключился удалённо. Записал всё.

Он на секунду прикрыл глаза, будто этот момент до сих пор стоял перед ним слишком отчётливо.

— Дальше был суд. Развод. Скандалы.

Я молчала, не находя слов.

— Оказалось, — продолжил он с едва заметной горечью, — ей не хватало денег. И это был её способ… компенсировать.

Он замолчал.

Ветер тихо прошёл по траве, светлячки всё так же мерцали вокруг, но атмосфера уже изменилась — стала глубже, серьёзнее.

— Дочь осталась со мной, — сказал он наконец. — У меня была стабильность, возможности… условия.

Я медленно кивнула.

— Она забрала часть имущества… и исчезла.

Он перевёл на меня взгляд.

— Ни одного сообщения. Ни одного звонка. И, что самое странное, — тихо добавил он, — дочь её даже не вспоминает.

Я сидела, не двигаясь, ощущая, как внутри постепенно складывается картина — не идеальная, не простая, но живая.

Кайто на мгновение замолчал, словно давая мне время осмыслить услышанное, а затем чуть улыбнулся — уже не так сдержанно, как прежде, а почти по-мальчишески открыто.

— Собственно, теперь ты понимаешь мою реакцию в тот день, — произнёс он, чуть склонив голову.

Я тихо усмехнулась, не отводя взгляда, но ничего не ответила, предоставляя ему продолжить.

— Уже в нашу прошлую поездку… — он на секунду задумался, подбирая слова, — я, кажется, окончательно сдал позиции. Ты была такой собранной, такой увлечённой работой… искренне переживала за результат.

Он посмотрел на меня внимательнее, и в его взгляде мелькнуло тепло.

— А потом была твоя попытка… — он едва заметно усмехнулся, — соблазнения. Когда ты перепутала номера.

Я мгновенно почувствовала, как щёки предательски нагреваются.

— Да я тогда еле сдержался, — спокойно, но с лёгкой хрипотцой добавил он.

Таракашки внутри меня дружно завопили что-то невнятное, но крайне эмоциональное, и я поспешила сделать вид, что полностью контролирую ситуацию.

— Наверное, ты уже тогда заметила, — продолжил Кайто, — что я начал обращать на тебя больше внимания.

Он на мгновение нахмурился.

— И как же меня бесил тот пилот, который к тебе подкатывал…

Я невольно приподняла бровь.