«Ну почему именно мне досталась эта роль? Эми бы справилась в разы лучше» — я тяжело вздохнула, покачав головой.

Ладно, Инес, давай не будем нервничать раньше времени. В конце концов, мне интересен и другой вопрос… Куда пропал Эрик?

Я получила первое письмо от Дилайлы. В нём она ёмко (и довольно сухо) сообщила о своём примирении с бабушкой. Уж не знаю, что именно происходит в доме Серефин, но полагаю: скоро герцогу не поздоровится.

«Дилайла умеет быть очень решительной… особенно в тех случаях, когда её пытаются загнать в угол» — мягко улыбнулась я.

Кроме этого, мне пришли письма от Мирры и Сианы. Ничего особенного, типичная девичья болтовня, и всё же… Неприятный червячок теперь грыз самолюбие с удвоенной силой. Единственный, кто до сих пор не связался со мной – Эрик.

В глубине души я понимала, что его ситуация может быть очень… непростой. Лэнтара поспешно забрали в Обитель, а там, скорее всего, строгие правила. Но даже так неприятные чувства продолжали скапливаться на сердце, отравляя мне жизнь.

Кажется, я привязалась к нему слишком сильно. Эта острая нехватка точит когти о грудную клетку, отдаётся в ушах протяжным эхом. Мне хочется увидеть Эрика, поговорить с ним, объясниться… И, желательно, поцеловать ещё пару (сотен) раз, до сбитого пульса. Но это пока что недостижимо.

— Скажите, мистер Мейр… Что вам известно об Эфирной Обители? – задумчиво спросила я, скрестив руки на груди.

Праздничная зимняя полночь началась со звона колокольчиков, пышного ужина и, конечно, раскатистых салютов в небе. Но чуть только праздник отзвучал – и Эмиль вернулся к работе. А я решительно направилась следом, донимая его расспросами.

— Не думаю, что вас интересуют общеизвестные факты о верховном храме. – устало проронил управляющий. – Хотите знать что-то конкретное?

Как и всегда, он удивительно точен в своих домыслах. Я опустила взгляд, негромко вздохнула и, наконец, призналась:

— Кое-кто рассказывал мне о том, что Небесные Наставники опасны. Интересно: правда ли это?

Мне не стоит делиться с Мейром всеми подробностями, но в общих чертах вопрос вполне ясен. Управляющий на мгновение замер, а затем снял свои круглые очки, протирая линзы.

— Обитель… О них говорят либо хорошо, либо никак. – Эмиль невесело улыбнулся.

Рассредоточенный взгляд его скользнул по окну и вскоре вернулся ко мне.

— Всё это на уровне слухов и домыслов, леди Альтра. Некоторые полагают, что Наставники давно пресекли черту святости. Их контроль, их жажда власти… Преодолевают все мыслимые и немыслимые границы человечности.

Мейр на мгновение остановился, но потом покачал головой:

— Лично я слышал о том, что талантливые адепты порой получают протекцию Обители. И расплачиваются за неё всю жизнь… Не деньгами, но раболепным услужением. Небесные Наставники правят миром, и зачастую их власть тиранична.

Я невесело усмехнулась. Теперь это звучит как финальный босс всей книги, вот только… Они не были связаны ни с Дианой, ни с Фенрисом. Полный пролёт с главными героями. Тогда откуда взялось это странное чувство, будто… Сюжет вот-вот сойдёт с ума.

Скажу честно, я не ожидала от Эмиля полноценной информации о Небесных. Это скорее (нелепая) попытка унять тревогу. Но она полностью провалилась. Сначала Дилайла предупредила меня об Обители, а теперь Мейр подтвердил её слова.

«Чёрт возьми, мне это совсем не нравится!» — я поджала губы, постукивая пальцами по столу.

Эрик, Эрик, что же с тобой делать… Будь у меня возможность, я бы не постеснялась заявиться прямо на порог Эфирного храма. Но увы, никто не пустит туда дочь простого виконта. Мне остаётся только бездействовать, и это неимоверно бесит.

— А я поняла!

Громкий голос Вики вырвал меня из лёгкой прострации.

— Что? – выдохнула я, оглянувшись на служанку.

— Всё! Вы такая грустная, потому что влюбились. Уж поверьте: подобное сразу видно.

О, нет. Нет, нет, нет... Только не говорите, что Вики опять пробудила свой радар романтики? Спасибо, что в этот раз её жертвой не стал мистер Мейр.

«Впрочем, если призадуматься… Эмиль и без того попал под прицел пылкой любви Вики»

— Ты ошибаешься. – проронила я, пожав плечами. – Мне вовсе не грустно.

Зато раздражения – выше крыши. Неукротимый ветер воет в душе, так и норовит разметать всё в пух и прах. Жаль, сил маловато…

— Неужели вам так сложно признать свои слабости? – пробурчала Вики, опустив подбородок. – Вы, конечно, немного злитесь, но по глазам вижу: тоскуете куда больше.

Тоскую? По нему? Я слегка растерялась. Глупо отрицать привязанность к светлому, но эта странная горечь от расставания и вправду… Волнует меня всё сильнее.