* * *

Шла вторая ночь в пещерах, а это означало, что путешествие почти окончено. Вампиры разбили лагерь на ночь, расстелив свои маленькие лежанки, чтобы немного поспать. Нескольких солдат выставили на дежурство, чтобы наблюдать за нами. Мой меч и кинжал все еще были на лошади Кингснейка, так что оружия у меня, можно сказать, теперь не было.

Кингснейк был где-то впереди, вне досягаемости, возглавлял свою стаю вампиров.

Я дождалась, пока все уснут, а затем убедилась, что Кингснейк не появится неожиданно, и сделала свой ход. Повсюду валялись камешки, поэтому я положила один на колени под одеяло и протащила по нему веревку, натянутую вокруг запястий, разрезая волокна, одно за другим, пока те не ослабли совсем.

Я разжала руки под одеялом, и сердце мое заколотилось от волнения.

Я повернулась к Анжеле и протянула камень.

Она колебалась, хотела отказаться брать камень и сначала даже покачала головой.

Я всучила его ей.

– У меня не получится.

В конце концов она взяла камень и принялась пилить веревки, пока не освободилась тоже. Она передала его следующему проснувшемуся, и наконец четверо из нас были свободны, пока все остальные спали. Стражники явно не видели в нас реальной угрозы, возможно, потому что они были могущественными вампирами, а мы – всего лишь людьми, но это сыграло нам только на руку. Когда они оказались к нам спиной, я поднялась на ноги и подкралась к ближайшему солдату. У него на бедре висел меч. Я осторожно схватила его за рукоять и медленно вытащила, дюйм за дюймом, стараясь, чтобы он ничего не почувствовал. В конце концов меч высвободился, и у меня в руках появился клинок из черной стали. Глаза Анжелы стали огромными, как никогда прежде.

Я потянула меч назад и со всей силы ударила его по шее.

Меч вошел лишь наполовину, но достаточно глубоко, чтобы солдат не закричал. Его тело повалилось вперед, и удар был довольно громким, чтобы предупредить другого солдата. И его реакция была молниеносной: он вытащил меч из ножен быстрее, чем я успела это заметить.

Я не знала, как его остановить, поэтому вонзила лезвие прямо в его открытый рот.

Он замер. Его губы перерезало лезвие.

Я надавила на него всем своим весом, выталкивая меч из затылка.

Началась суматоха.

Солдаты, которые до этого спали, вскочили на ноги с мечами в руках и направились прямо на меня. Как и в случае с монстрами в пещере, я парировала их удары и пинала в грудь, но вскоре их стало слишком много. Они пытались усмирить меня, не убивая, поэтому я получила удар только по лицу, прежде чем меня повалили на землю.

Я боролась изо всех сил и в итоге получила еще один удар по лицу.

– Вы чертовы монстры!

Мои запястья снова были связаны, но на этот раз другой веревкой. Она была намного толще – с волокнами, пронизанными металлическими нитями. Меня толкнули, и я приземлилась на задницу. А потом солдаты расступились, когда приблизился их король.

Кингснейк, на голову выше служивших ему вампиров, подошел и сдержанно взглянул на меня. Его взгляд надолго не задержался, будто бы он меня не видел. Затем он осмотрел своих мертвых солдат на земле: их черная кровь сочилась по дну пещеры. Он снова посмотрел на меня, и я все почувствовала.

Обжигающий жар, который превращал металл в сталь, а сталь – в боевой меч.

– Вставай.

Я почувствовала, как пульсировало лицо, почувствовала изменение его цвета сразу после удара. Кингснейк был последним существом, рядом с которым я хотела бы находиться, и даже удары по лицу были лучше этой участи. Если я снова окажусь у него в плену, я никогда не смогу сбежать.

– Ты за это заплатишь.

– Это стоило того.

Он смотрел на меня с презрением, и в этот момент казалось, что злиться сильнее он просто не может, но он пришел в ярость. Ощущения были неописуемые, и вместо гнева я увидела красный цвет. На секунду он словно заблокировал мое зрение.

Кингснейк схватил меня и поднял на ноги одной рукой, будто я была невесома. Когда я отказалась идти, он потащил меня по камням на глазах у всех, как ребенка, закатившего истерику.

– Отпусти меня!

Я пыталась сопротивляться его захвату, но мои руки были связаны, а ноги продолжали скользить по каменному полу.

Он потащил меня в другое помещение – в пещеру, где осталась его лошадь.

Там был еще один вампир, и по его доспехам и плащу я поняла, что он отличался от остальных. Кингснейк оттащил меня туда, где его змей свернулся в огромную кучу кожи-чешуи, и бросил меня там.

– Клык будет присматривать за тобой, поскольку теперь тебя нельзя оставлять без присмотра.

Х-с-с-с-с-с-с.

Я пятилась назад, пока не ударилась спиной о свод пещеры.

– Укуси ее, если она пошевелится.

Змей опустил голову на тело, и его желтые глаза уставились на меня, не моргая.

Я подтянула ноги ближе к себе, чувствуя, как пот выступил на лбу.

Кингснейк вернулся к другому вампиру, а затем они заговорили настолько тихими голосами, что я не могла их расслышать. Они говорили, пока остальные спали. Я не могла разобрать слов, но по тону казалось, будто они говорили… на равных.

Я не спала той ночью.

Только смотрела на Клыка так же пристально, как он на меня.