– Я неуязвима. Я единственный человек, невосприимчивый к болезни, которая унесла жизни тысяч и отравила кровь тысяч. Укусив не того, ты погибнешь. Я сейчас самый могущественный человек в мире.

Я не была глупой, и мне хотелось сделать это абсолютно очевидным.

Кингснейк молчал, и постепенно пламя вокруг него начало угасать.

– Думаешь, я заноза в заднице? Дорогой, ты не знаешь, что тебя ждет.

Он молчал, наблюдая за мной через стол. Напряженность осталась в его взгляде, но пламя угасло.

– Я могу предложить тебе то, чего ты хочешь больше всего на свете.

– Свободу?

– Нечто большее.

Я не хотела ничего больше, чем освободиться от этого монстра и других монстров, которые служили ему.

– Что же?

– Лекарство.

Выражение моего лица не изменилось, но я почувствовала, как все мышцы моего тела автоматически напряглись. Против моей воли легкие глубоко втянули воздух.

– Я тебя заинтересовал?

Эти злые глаза теперь светились высокомерием.

Будучи упрямой до глубины души, я держала рот на замке.

– У нас одинаковые интересы. Мор опустошил наши источники пищи, и ваше население было уничтожено болезнью. Мы сможем найти лекарство вместе, если ты будешь сотрудничать.

– Сотрудничать?

– Да.

– А что значит сотрудничать?

Он наклонил голову в другую сторону, его прищуренные глаза не отрывались от моего лица.

– Мне нужно попробовать твою кровь.

Мой желудок сжался от отвращения.

– Это единственный путь.

– Верно…

– Если я раньше пробовал чью-то кровь, я мог распознать человека лишь по ее вкусу. Точно так же, как вы можете идентифицировать людей по звуку голоса… по запаху. Я могу распознать свойства твоей крови, и, возможно, смогу определить, что отличает тебя от всех остальных.

Это было похоже на ловушку.

– А если тебе это удастся, что тогда?

– Мы изобретем лекарство и дадим его твоему народу.

– Просто так?

– Как я уже сказал, искоренение этой болезни имеет первостепенное значение для нашего выживания. Она уничтожает наше население так же, как и ваше.

– Это неправда… У вас есть другие варианты.

– Кровь животных – плохой заменитель. Да, она позволяет выжить, но делает нас слабыми.

Я смотрела на него, раздраженная его спокойствием и тем, как его глубокий голос задавал тон этому разговору.

– Ты спасительница, в которой нуждается твой народ.

Я прервала зрительный контакт и отвернулась.

– Ты можешь спасти их всех… Неужели ты не хочешь принести эту жертву?

– Я не глупа. Я знаю, что ты делаешь.

– Что же?

Я снова посмотрела на него.

– Ты пытаешься мной манипулировать.

– Даже если это правда, какое это имеет значение?

– Это правда.

Он этого даже не опроверг.

– Нам дали шанс, и ты его упустишь, потому что испугалась?

– Я не боюсь. Просто не хочу, чтобы у меня на шее сидела пиявка. Не хочу делать своего величайшего заклятого врага сильнее. Я лучше буду смотреть, как ты увядаешь и слабеешь, пока не превратишься в пыль на ветру…

Уголок его рта приподнялся, и он ухмыльнулся.

– Ты не понял, что я сказала?

– В этом мире есть существа похуже меня.

– Например?

– Когда-нибудь ты увидишь.

Трепет наполнил мое сердце, беспокойство проникло прямо в кости. Я хотела потребовать от него ответов, но не получила ни одного, тем более я отказалась выполнять все его требования.

– Когда я сказал, что людям нравится кровопускание, я имел в виду именно это. Каждая добыча, которую я когда-либо ловил, наслаждалась моим укусом. Единственная боль, которую чувствуешь, – это момент, когда клыки пронзают кожу. Но затем тебя охватывает неописуемое удовольствие – такое, что заставит умолять меня продолжать, пока я не выпью все.

– Я тебе не верю.

Его взгляд был неподвижен, глаза прикованы к моим, как будто меня тут вообще не было.

– Мне никогда не приходилось заставлять женщину стать моей жертвой.

– Тогда почему бы тебе не взять кого-нибудь другого?

– Люди обычно приходят к нашим воротам и предлагают себя в качестве добычи. Нам никогда не приходилось путешествовать по королевствам и захватывать пленников. Мор изменил все.

– Почему они это делали? Зачем кому-то в здравом уме подвергать себя такому?

Он слегка пожал плечами.

– Есть некоторые причины.

– Какие, например?

– Во-первых, физическое желание.

– Желание? Желание быть укушенным?

– Желание быть с вампиром любыми способами…

Я не могла сидеть напротив Кингснейка и притворяться, что он не радует глаз, особенно без рубашки и с такими мускулами. Другой вампир, с которым я обычно его видела, был таким же, даже более мускулистым. Многие вампиры были красивы, но Кингснейк был… исключительным.

– И поэтому ты сейчас полуголый? Просто на мне это не сработает.

Понимающая улыбка появилась на его лице.

– Мне так удобнее.

– Какие еще есть причины?