​Он судорожно, словно утопающий за спасательный круг, вцепился в мой растянутый свитер непослушными, переломанными пальцами, утыкаясь лицом в изгиб моей шеи. Он дышал тяжело, прерывисто, жадно втягивая мой запах — аромат озона и полыни, — словно пытался окончательно убедить самого себя в том, что это не очередная жестокая иллюзия.

​— Я убью её... — глухо прорычал он мне прямо в ключицу. Его голос все еще предательски дрожал от физической слабости, но в интонациях уже явственно зазвенела та самая непреклонная, смертоносная сталь Ледяного Короля. — За то... что она заставила меня поверить в это... я сотру в пыль весь ее гребаный род.

​— Вставай в очередь, Вернер, — я крепко, до хруста в ребрах прижала его к себе, полностью игнорируя острую пульсирующую боль в собственном пробитом боку. — Но сначала нам нужно убраться из этого провонявшего смертью склепа.

​Марго суетливо отбросила опустевшую, дымящуюся колбу в сторону и бросилась к нам, подхватывая ректора под мышки и помогая мне поднять его на непослушные ноги.

​— Патруль сменится с минуты на минуту, — зашептала ведьма, кряхтя под весом Элиаса и закидывая его тяжелую руку себе на хрупкое плечо. — Нам пора уходить. Сигнальная сирена завоет, как только часовые почувствуют, что контур цепей разрушен.

​— Держись за меня, — я обхватила Элиаса за талию с другой стороны, принимая на себя добрую половину его веса. Свободной рукой я выхватила из кармана амулет и накинула на нас всех «Теневой плащ», с усилием растягивая призрачную, искрящуюся ткань так, чтобы надежно скрыть все три наши ауры. Иллюзорный морок Каэля затрещал по швам, едва выдерживая такую колоссальную нагрузку, но все же выстоял, укрывая нас непроницаемой пеленой невидимости.

​Мы, спотыкаясь, шагнули за порог пыточной камеры, оставляя позади разбитые цепи, въевшийся запах кислоты и лужи собственной крови. Впереди нас ждали сырые, погруженные во мрак катакомбы, нестабильный геомантический разлом и долгий, жестокий путь к отмщению. Дикая кошка спасла своего Короля, вырвала его из пасти небытия, и теперь могущественной Империи придется очень дорого заплатить за каждую каплю их пролитой крови.

​Каждый шаг давался с мучительным трудом. Элиас был высоким и широкоплечим мужчиной, и, несмотря на его предельную истощенность, нести его оказалось невероятно тяжело. Мой левый бок, едва начавший затягиваться благодаря мази Каэля, отозвался тупой, пульсирующей болью, но я лишь крепче стиснула зубы.

​Марго пыхтела с другой стороны, упрямо подставив хрупкое плечо под руку ректора. «Теневой плащ», рассчитанный на одного человека, натянулся над нами, как туго натянутая струна. Я чувствовала, как магия южного артефакта вибрирует и искрит на краях, изо всех сил пытаясь поглотить три совершенно разные, яркие ауры: мою огненную, ведьминскую Марго и просыпающуюся, тяжелую грозу Элиаса.

​— Только не вздумай отключаться, Вернер, — хрипло прошептала я, чувствуя, как его голова тяжело клонится к моему плечу. — Если ты умрешь сейчас, после того как мы протащили тебя через этот ад, я лично сброшу твое тело в Темную Бездну.

​— Ястараюсь... — едва слышно отозвался он. Его дыхание обжигало мою шею лихорадочным жаром. — Но ты всегда была... невыносимо требовательной, Роксана.

​Даже сквозь слабость и предсмертный бред в его голосе проскользнула та самая, до боли знакомая ироничная интонация. Я не сдержала короткого, нервного смешка, переходящего во всхлип. Он возвращался. Мой Ледяной Король понемногу собирал осколки своего разума воедино.

​Мы миновали первый ярус и почти добрались до развилки, ведущей к старым стокам, когда тишину подземелий разорвал пронзительный, визгливый звук.

​Завыла магическая сирена.

​Стены катакомб озарились тревожными багровыми вспышками. Патруль Министерства наконец-то обнаружил вырубленных охранников и вскрытую камеру смертника.

​Грохот сапог: Где-то наверху захлопали тяжелые решетки, и эхо разнесло топот десятков ног закованных в броню Ищеек.

​Блокировка периметра: Воздух сгустился, запахло озоном — инквизиторы начали опускать блокирующие антипортальные купола, отрезая все выходы на поверхность.

​Слепые поиски: Поисковые заклинания, похожие на невидимые щупальца, заметались по коридорам.​Одно из таких заклинаний с мерзким шипением скользнуло прямо по поверхности нашего «Теневого плаща». Я затаила дыхание, чувствуя, как ткань нагревается. Артефакт Каэля выдержал. Щупальце Инквизиции не нашло живых целей и метнулось дальше по тоннелю.

​— Сюда! — Марго резко дернула нас влево, в узкий, смердящий проход, наполовину затопленный грязной водой. — Разлом в конце этого коридора!

​Мы брели по колено в ледяной воде. Элиас споткнулся, его колени подогнулись, и если бы не мы с Марго, он бы рухнул лицом в сток. Его тело била крупная дрожь — реакция на переохлаждение, кровопотерю и магическое истощение.

​— Потерпи, родной, еще немного, — шептала я, почти срываясь на плач. Я прижимала его к себе так крепко, словно пыталась поделиться теплом собственного сердца. — Мы почти ушли.