— Милый мой, а расскажи мне, как вы там в своем лесу живете? К кому ты приходишь, когда тебе нужен совет, помощь, хочется выговориться или поделиться радостью?

Помните советский лозунг «От каждого по способностям, каждому по труду»? Это был принцип жизни эльфийской общины.

Они трудились на общее благо и занимались самосовершенствованием. Каждый эльф понимал, что от природы он неидеален, и всю свою долгую-долгую жизнь стремился стать более совершенным. Магически, физически и эмоционально.

И всё это прекрасно, конечно, только вот под эмоциональным совершенством у них подразумевается умение сохранять беспристрастность. Хотя как по мне, так они просто взирают на всех свысока и всё.

При таком подходе и зацикленности на себе понятия «дружба» у них не было в принципе. Было понятие долга и чести. Эльф должен заботиться о семье и общине и ставить интересы расы выше собственных. Если эльф якшается с недостойными расами (все остальные), проявляет несдержанность, не стремится стать «лучшей версией себя», не соблюдает субординацию (для них это важно), нарушает церемониал (не дай боже, смертный грех!), то всё это пятнает его честь.

Казур в этом плане был очень несовершенен, поэтому его отослали из общины искать реликвию. И обратно он может вернуться, если сделает нечто важное и ценное для всей своей расы.

— Погоди, а если вы все такие беспристрастные, то чего ходите дуетесь на меня? В смысле обижаетесь? — спросила я.

— Мы не обижаемся, мы показываем, насколько нам все равно, что ты думаешь, — просветил меня, судя по эльфийским меркам, которые живут по триста лет, совсем еще пацан.

— А-а! — покачала я головой. — Понятно. Жаль, а я с тобой посоветоваться хотела, но вряд ли ты что-то дельное скажешь. Менталитет у нас разительно не похож.

— Подожди, — эльф схватил меня за руку. — Я могу дать совет.

— Как эльф или как человек?

Эльф задумался.

— Ты мне и так уже помог, Казур. Спасибо, что не рассказал, что я не из этого мира, но я поняла, что отец Саши имеет право знать. Он любил свою дочь.

Порывисто обняла эльфа и вышла. Да, отец имеет право знать. Исходя из того, что мои шансы быть казненной велики, может, ему будет не так обидно, что на плахе окажется посторонний человек. И я пошла сдаваться.

***

Отцу я призналась. Было непросто, но я подумала, что так будет правильнее. Извинилась, сказала, что поступила нечестно и эгоистично и что мне действительно нужна его помощь, потому что если меня не станет, то оставлять рудник и людей, которые к нему приписаны, мужу и эльфам я не хочу.

Отец долго молчал, сурово взирая на меня.

— У меня были мысли, что с тобой что-то не так. Александра просто не стала бы всем этим заниматься. Она хотела лишь одного: быть любимой. Но я не думаю на самом деле, что она умерла. Полагаю, что часть моей дочери живет в тебе, раз тебе доступны ее знания и память. Так что ты остаешься моей дочерью, и я помогаю тебе всем, чем смогу. И не дам в обиду.

Для меня это были самые важные и нужные слова, после которых я подошла, обняла мужчину и просто стояла так, вдыхая его запах. Отец гладил меня по волосам, по спине и говорил:

— Поплачь, дочка, поплачь. А потом за работу.

И я ревела, пока не выплакалась. Наверное, это был единственный раз, когда я позволила себе это.

Зато потом взялась за рудники с новыми силами.

Конвейер строился, мосты мостились, бараки ремонтировались, будущий образовательный центр проектировался.

Он, кстати, вызвал живой интерес среди обитателей нашего поселения. Хотя поначалу в него никто в него не верил, но госпожа Мор сказала, что ее это не волнует и она все равно сделает то, что задумала. Поэтому вечерами мы обсуждали и проектировали самое прогрессивное для этого времени образовательное учреждение. Учебные корпуса, общежития и лаборатории, столовую, спортивный комплекс со стадионом и Дворец Культуры.

Последнее вызвало недоумение, но я объяснила, что если студентов, будь то хоть взрослые, хоть дети, ничем не занять и не организовать им культурный досуг, то они найдут чем занять себя сами, а это не всегда безопасно. А так они могут петь, танцевать, ставить магические шоу или спектакли и тратить на это свободное время и неуемную энергию. С этим все согласились.

Больше всех будущей стройкой заинтересовался Бочка. По такому случаю он даже отлепился от эльфов и пацанов и отправился помогать гномам.

Я решила, что раз мы запланировали грандиозное строительство, то нам потребуется, во-первых, камень и цемент, а во-вторых… Грузоподъемный кран!

Божьяки писала письма, носилась со счетами и сметами, а мы с моими мастерами-гномами усиленно создавали мою мечту. Но не успели мы соорудить наше прекрасное творение, как у нас появились новые гости.

На этот раз эльфы.

***