— Какие именно последствия? — с вызовом спросила Ванесса и тут же пожалела об этом.

Дамиан Мортегар встал. Медленно, тяжело, заполняя собой всё пространство. Искры тьмы снова заплясали вокруг его мантии, а тени в углах — Ванесса могла поклясться — сгустились до абсолютной черноты.

— Госпожа Тиррен, — произнёс он, глядя на неё сверху вниз, — ваше агентство находится под угрозой закрытия. Плановая проверка Имперской Канцелярии — я знаю о ней, потому что лично подписывал распоряжение о проверках коммерческой магической деятельности в этом квартале. Если вы не найдёте мне жену в течение недели, я лично прослежу, чтобы «Последний шанс» закрыли. Навсегда. А вас — как владелицу заведения, не прошедшего проверку, — отправят в имперские каменоломни. Сроком на десять лет.

У Ванессы внутри всё оборвалось.

— Каменоломни? — прошептала она.

— Каменоломни, — подтвердил Дамиан. — В северных провинциях. Там очень холодно, очень тяжело и очень скучно. Вы будете дробить камень по двенадцать часов в сутки в компании уголовников и беглых каторжников.

— Но я...

— Вы получили письмо из канцелярии?

— Да, но...

— Значит, вы знаете, что проверка неизбежна. А я знаю, что результаты проверки можно... скорректировать. — Он сделал паузу. — В любую сторону.

Ванесса смотрела на него широко раскрытыми глазами. Ей вдруг стало очень холодно — хотя в приёмной было тепло.

Значит, он знал. Знал о письме. Знал о проверке. Знал обо всём — и пришёл именно потому, что она была загнана в угол.

— Вы не оставляете мне выбора, — тихо сказала Ванесса.

— Выбор есть всегда, — возразил Дамиан. — Найдите мне жену за неделю — и ваше агентство продолжит работу. Более того, я оплачу услуги по тройному тарифу.

— А если не найду?

— Тогда встретимся на каменоломнях. Правда, вы будете по ту сторону кирки.

Он развернулся, чтобы уйти. Мантия взметнулась, задев край стола, и на пол слетела стопка анкет. Ванесса машинально наклонилась поднять их — и когда выпрямилась, Дамиан Мортегар уже стоял в дверях.

— Завтра утром, — бросил он через плечо. — Первая кандидатка. Не опаздывайте.

— Я...

— И вот ещё что.

Он обернулся. Серые глаза впились в неё — и впервые за весь разговор Ванесса увидела в них что-то помимо ледяного холода. Что-то, похожее на... интерес? Любопытство? Она не успела понять.

— Вы так и не упали в обморок, — заметил он.

— Я... да. Наверное.

— Это любопытно.

Он вышел, аккуратно притворив за собой дверь. Половица в последний раз жалобно скрипнула — и в приёмной воцарилась тишина.

Ванесса стояла посреди комнаты, прижимая к груди рассыпавшиеся анкеты. Сердце колотилось как бешеное, руки дрожали, а в ушах всё ещё звучал его голос — низкий, металлический, не обещающий ничего хорошего.

Из угла донёсся слабый стон.

— Кофе, — прохрипела Грета, не открывая глаз. — Много кофе. А лучше что-нибудь покрепче. У нас есть что-нибудь покрепче?

— Нет, — автоматически ответила Ванесса.

— Тогда кофе. И валериану. И новые штаны.

— У тебя нет штанов.

— Вот именно. — Грета наконец открыла один глаз. — Он ушёл?

— Ушёл.

— Жаль. — Гаргулья медленно, с трудом приняла вертикальное положение. — Я только хотела набраться храбрости, чтобы укусить его за лодыжку.

— Ты бы не успела.

— Знаю, — вздохнула Грета. — Но мечтать-то можно. О чём вы тут... беседовали?

Ванесса, всё ещё дрожа, пересказала разговор. Про жену за неделю, про поправку императора, про каменоломни...

Грета слушала молча. Когда Ванесса закончила, гаргулья долго смотрела в пространство, а потом произнесла:

— Значит, либо мы находим жену верховному инквизитору за семь дней, либо ты отправляешься дробить камень.

— Именно так.

— И ты умудряешься сохранять оптимизм?

Ванесса задумалась. И вдруг — неожиданно для самой себя — усмехнулась.

— Знаешь, — сказала она, — если посмотреть с другой стороны: это самый важный клиент в истории моего агентства. Если я справлюсь, ни одна проверка нам не страшна. Мы станем легендой. «Последний шанс» — агентство, которое нашло жену самому верховному инквизитору. Представляешь заголовки?

— Представляю некрологи, — проворчала Грета. — «Молодая сваха найдена мёртвой. Причина — чрезмерный оптимизм».

— Ты просто не веришь в нас.

— Я верю в то, что этот человек — ходячая катастрофа, — сказала Грета. — Ты заметила, что от него тени шевелятся? Тени, Ванесса. Они не должны шевелиться. Это противоречит законам физики, магии и здравого смысла.

— Законы здравого смысла меня никогда не останавливали, — заявила Ванесса. — И потом, у нас есть преимущество. Мы на дне, ниже падать некуда. Значит — только вверх.

Грета посмотрела на неё долгим, страдальческим взглядом.

— Ты невыносима, — сообщила гаргулья. — Но кофе всё ещё не сварен. И в этом я виню лично тебя.