Потом был шкаф, и еще одна позволенная Дашей себе же слабость — заглянула в него, поймала за рукав одну из рубашек, к лицу поднесла, вдохнула… Пахла чистотой и еле уловимо его парфюмом.

Когда из прихожей послышался очередной хлопок входной двери, Даша вздрогнула. Отпустила рукав, закрыла шкаф, вышла из спальни, чувствуя себя немного воришкой, пусть ей вроде бы и разрешили.

Прошла через гостиную, остановилась в проеме, улыбнулась Стасу, поставившему рядом с принесенными ранее пакетами еще парочку.

— Ну что, ДарьАлексевна, будем разбирать?

Кивнула, подошла к одному из вновь прибывших, безошибочно нашла те самые тапочки, которые довольно долго и усердно выбирала. На глаз, по памяти. Долго пыталась бы разорвать связывающую их пластиковую нить, если бы Стас не отобрал почти сразу, решил вопрос, вернул.

— Будем создавать уют, СтаниславЕлисееч. Прошу пройти в тапки…

Опустила пару мягких, светло-серых перед ним, достала вторую — куда меньшего размера, розовую… Покраснела чуть, протягивая… Он без вопросов в руки взял, повторил фокус с нитью.

— Ты не думай, я просто… На случай, если придет кто-то.

Даше самой вдруг показалось, что вряд ли покупка второй пары была уместной. Стас же только отмахнулся. Опустил перед ней, глянул снизу-вверх — чуть лукаво, улыбчиво.

— И вас прошу пройти в тапки, Носик.

Почти весь день Даша со Стасом потратили на то, чтобы привести его квартиру в божеский, устраивающий Дашу, вид.

Волошин периодически совершал попытки усадить гостью за стол, напоить чаем, занять чем-то, чтобы чуть сбавила обороты активности и дала ему шанс все расставлять, драить, чистить и натирать под ее чутким руководством, но не вышло. Носик вечно срывалась, что-то хватала, во что-то встревала, старалась провернуть трюк «усадить пить чай» с ним.

И пусть трюк не удался ни у него, ни у нее, к шести часам вечера квартира преобразилась. Наполнилась мелочами и деталями, которых тут ужасно не хватало.

И в дверь позвонили тоже очень вовремя — доставили еду, которую голодные, но довольные активисты заказали, осознав, что съесть коня готовы, а вот готовить — нет. Тем более, особо не из чего.

Еду забрала Даша, вернулась на кухню…

— Пахнет так вкусно…

Носом повела над пакетом, блаженно жмурясь, поставила на стол, начала распаковывать.

— Не пахнет тоже очень. Татары молодцы…

Даша прочла название ресторана, кивнула, стала расставлять. Два супа — с прозрачным бульоном и мелкими пельмешками, явно для нее, и наваристый, мясной, жирный — откровенно мужской. А еще мясо, хлебные лепешки, салат, нутовый хумус… Слюнки текли моментально. Даша даже не сдержалась — отщипнула кусочек лепешки, прошлась по гладкой поверхности хумуса, забросила в рот.

— Ммммм, — головой покачала, поднимая палец, как бы делясь со Стасом впечатлением. Тот же только улыбнулся, подошел к столу, стал помогать.

Ели они преимущественно молча, утоляя дикий аппетит. Может, Даше стоило бы вести себя иначе — более «ледисто», но сил просто не было. И желания особого тоже. Она как-то незаметно для самой себя окончательно расслабилась рядом с объектом мечтаний, не дававшим спать ночами все детство.

Привыкла к Стасу, к его голосу и присутствию рядом. Привыкла к тому, что может в одну секунду быть ужасно задумчивым, а в другую улыбнуться как-то особенно, глянуть с интересом, потянуться к носу, чтобы щелкнуть по нему.

— Это очень вкусно, Стас. Но я не могу больше…

Правда, какими бы ни были голодными глаза, желудок запротестовал довольно быстро. Даша только и успела, что съесть тот самый суп, пару кусочков мяса.

— На это и был расчет, если честно.

— На что?

— Что ты поклюешь, а я нормально поем. Но доставщик будет думать, что это все на двоих…

Как бы подтверждая свои слова, Стас потянулся к Дашиной тарелке, на которой она оставила кусочек мяса. Отрезала от него на один укус… И больше не смогла.

И пусть Богдан тоже делал так иногда — не брезговал украсть с ее тарелки, в исполнении Стаса этот поступок снова отозвался горько-сладким уколом в сердце. Будто он не просто шутит, будто хочет этим что-то сказать…

Чтобы отвести от него взгляд, Даше пришлось приложить усилия.

Девушка откинулась на стуле, позволила голове запрокинуться, разминая шею… С первым зевком справилась, а вот второй скрыть не смогла…

Бессонная ночь дала о себе знать.

Стас это заметил. Он вообще все, кажется, замечал. Все… Кроме дикой глупой влюбленности Даши-Носика. К ней оставался слеп.

— Если хочешь, приляг в гостиной, Даш. Я сейчас быстро спрячу еду, посуду заброшу в мойку и отвезу тебя домой. Отдохнешь.