— А важно ли это теперь, Ян? Всё сломано и втоптано в грязь. Разве можно такое исправить? — озвучиваю свой страх.
Мне страшно, что я не смогу относиться к нашему браку, как прежде. Мы проходим через самое первое и трудное испытание… Что если мы не справимся?
Вскрылись такие стороны наших характеров, которые мы оба не замечали друг в друге раньше… Я оказалась излишне эмоциональной и импульсивной, а Ян удивил меня своей холодностью на грани жестокости.
Оказалось, мы оба не белые и не пушистые. Как справиться с этим открытием и не потерять любовь?
— Прошлое не исправить, — пишет Руснаков в ответ. — Если оно тебе так невыносимо, то разведёмся по-настоящему, и не будем выносить друг другу мозг.
— Ты так легко сдашься?
— Мы взрослые люди, Альбина. Взрослые люди не должны бегать друг за другом, подобно подросткам, которым снесло крышу от первой любви. По-моему, это ты сдалась.
— Нет. Я не готова отпустить тебя. Мне просто нужно время, чтобы переварить это всё. К тому же… Поговоришь со мной?
— Я не могу общаться по телефону. Если только ты одна будешь говорить, а я просто слушать. На мне прослушка.
— Тогда я так напишу… Мне страшно, Ян.
На глазах выступила влага, и я быстро вытираюсь ладонью, чтобы не терять чёткость зрения.
— Знаю.
— И ты знаешь, как трепетно я отношусь к своему отцу. У меня же никого больше нет… Мама бросила меня, когда мне было три года. А отец всегда был рядом и учил защищаться от плохих поворотов судьбы. Мне тяжело даётся разлука с ним, а ещё тяжелее знать, что он взят в заложники.
— Понимаю.
— Да. И лучше бы я и дальше ничего не знала… Не мучилась бы от бессонницы, мыслей о нём. Но я слишком боевая, и так получилось, что уже всё знаю.
— От тебя сложно иметь секреты. Да, ты боевая, но порой слишком самоуверенная и безрассудная.
— Я истеричка… Ты был прав.
А что если мы не справимся с разлукой и новыми открытиями друг о друге? Что если Ян разлюбит меня? Я показала себя не с лучшей стороны… Между нами стена.
Это не первые мои отношения, и я помню, как тяжело переживать момент разбивающихся розовых очков. Как сложно переступать рубеж одного, двух или трёх лет отношений…
Но это уникальный случай. В этот раз всё серьёзно.
— Ты в трудной ситуации, и эти острые грани твоего характера обострились. Тебя можно понять, а я знал, кого беру в жёны.
— А я знала, за кого выхожу замуж. Но и ты стал сейчас более колючим, отстранённым.
— Кто-то же из нас должен сохранять холодную голову. Пойми и ты меня.
— Папа ведь в порядке?
— Да, я говорил с ним сегодня. Всё в порядке, Альбина. Не переживай. Есть план, есть союзники, есть улики. Мы справимся.
— Спасибо.
Мы ещё общаемся около получаса, и этот разговор приносит мне уже почти позабытое чувство умиротворения, спокойствия.
Как же мне не хватало возможности выговориться, признаться в собственных страхах. Даже легче стало…
Утро следующего дня начинается с рабочих звонков и переписок. Не смотря на то, что у меня есть Лариса, иногда всё приходится и самостоятельно суетиться и решать какие-то вопросы.
Ещё и сценарий прислали, который нужно изучить в течение сегодняшнего дня, а страниц в нём не мало.
Всем кажется, что быть известной актрисой — верх мечтаний. Но кто-нибудь из этих фантазёров думал о том, какая ответственность лежит на публичных людях?
Один неправильный наряд, одно неправильное слово, один неправильный жест… и всё! Ты сразу оказываешься в центре скандала.
Не утихает и шумиха по поводу нашего с Яном развода. Всё бы было тише, если бы не Ива, что одним своим присутствием провоцирует волну сплетен. Обычный развод двух людей не так интересен, как появление на сцене предполагаемой любовницы…
Днём ко мне приезжает Оля. Такое чувство, словно меня взяли в терапию по исцелению расшатанных нервов. Ночью Ян выслушивал, а теперь подруга.
— Я была на грани развода. Теперь я просто на грани, — жалуюсь ей.
Мы сидим в гостиной, забравшись с ногами на диван и просто общаемся о том, что успело произойти в наших жизнях с момента нашей последней встречи в баре.
— Вас уже развели? — спрашивает она участливо.
— Да. Буквально за час до твоего приезда узнала о том, что стала свободной женщиной.
— Всё ещё любишь его?
— Конечно. Не могу я разлюбить за месяц.
Только не Руснакова. Это просто невозможно — разлюбить его так скоро. Сколько раз этот мужчина выручал меня? Сколько стерпел от меня глупых шуток на публику? А как он любил меня весь этот год…
Мы были идеальным союзом, где двое дополняют друг друга. Теперь же перед нами встала проблема принятия и прощения.
После нашей ночной переписки, мне кажется, что мы справимся. Потому что оба этого хотим.