— Боюсь, я мало чем смогу помочь, ведь всю дорогу на мне был мешок, а я сама была связана. Я бы предположила, что мы были где-то за пределами города, но привезли меня в какую-то заброшенную квартиру на первом этаже или частный дом.

Альбина продолжает описывать всё, что успела запомнить в часы своих приключений, а я с трудом смотрю в её глаза. Она рассказывает всё это, и мне видно по взволнованному лицу, как нелегко ей пришлось.

Мне бы хотелось быть с ней рядом в тот момент, когда Игорь привёз её сегодня утром домой.

Но я снова был не рядом.

— Я рассказала всё, что могла. Не хочешь ли и ты мне ответить взаимностью, Ян? — голубые глаза с яростью устремились прямо на меня.

Альбина

Когда Игорь сказал, что мы поедем на встречу с Яном, я сначала обрадовалась, а затем разозлилась. Я рада, что увижу почти бывшего мужа и смогу прямо в лицо задать ему все те вопросы, что у меня к нему накопились. И, конечно, я зла на Руснакова за то, что приключилось со мной прошлой ночью.

Да, сама «сбежала» из под охраны телохранителя и ринулась на встречу с Димой. Но никакого похищения бы не было, если бы не Ян со своей Катериной. Если бы никто не обманывал меня, говоря, что всё улажено, создавая у меня иллюзию защищённости.

— Я рассказала всё, что могла. Не хочешь ли и ты мне ответить взаимностью, Ян?

— Что ты хочешь знать? — спрашивает спокойно.

Настолько спокойно, что хочется врезать.

— В первую очередь мне интересно, почему ты сказал, что мне нечего бояться и всё в порядке, если это на самом деле не так. Почему вы с Игорем решили ввести меня в заблуждение?

— Всё пошло не по плану. К сожалению так бывает. Но мы здесь собрались как раз для того, чтобы я и Аркадий смогли решить нашу общую проблему.

— Раз уж она общая и напрямую касается моей безопасности… Не просветите ли и меня в суть проблемы? — оглядываю троих мужчин, одного из которых вообще вижу впервые.

— Я ведь всё рассказал тебе уже, — вклинивается Игорь.

— Почему я вам обоим не верю?

— Потому что недавно я ушёл от тебя, — отвечает Руснаков. — Это нормально, что ты мне теперь не доверяешь.

— А должна?

— Не должна, но о собственной безопасности тебе лучше бы задуматься и впредь не сбегать посреди ночи в неизвестность, — говорит так поучительно, словно он родитель, а я его ребёнок. — И дело даже не в похитителях, а вообще в целом в твоём поведении. Это ведь далеко не в первый раз, Альбина, когда ты вляпываешься в какую-то историю…

Да, каюсь: я действительно не раз уже попадала в неприятности, а Ян потом, как супергерой и любящий муж, спасал мою неугомонную пятую точку.

Только вот он больше не имеет никакого права припоминать мне это.

— О, да! Давай ещё решим, что только я и виновата в том, что произошло ночью! Что за манеры, Руснаков? Кто ты мне такой, чтобы нотации читать? Да ещё и в присутствии двух посторонних, — выразительно обвожу взглядом всех присутствующих.

— Игорь, — ворчливо обращается к телохранителю Аркадий, — пойдём поговорим, пока эти голубки перья друг другу выклёвывают.

Ян хмуро провожает этих двоих взглядом, но не возражает. Мы остаёмся за столиком вдвоём.

— Сейчас не время для выяснения отношений, — говорит он мне успокаивающим тоном и с немой просьбой в карих глазах. — Об одном прошу: не вынуждай меня нанимать тебе целый вагон телохранителей.

— У нас нет отношений, чтобы их можно было выяснять. Я просто не понимаю, почему мы расстались, но я до сих пор не могу начать жизнь с чистого листа из-за твоего вечного присутствия! Чернов, какие-то мужики, телохранитель с охранником… Это всё ты! И меня это достало! Почему я должна страдать из-за вас с Ивой? Когда это закончится?

На минуту за столиком повисает тишина, так как подходит официантка и расставляет кружки кофе, заказанные Игорем и Аркадием.

— Скоро закончится, — обещает Ян, когда мы снова остаёмся одни. — Я делаю всё, что в моих силах.

— Что ты делаешь? — продолжаю нападать. — Какие действия предпринимаешь? Рассылаешь недоброжелателям открыточки по почте с посланиями по типу «давайте жить дружно»?

— Я всё решу, Альбина. Просто будь рядом с Игорем, — едва ли не убивает взглядом и настойчивостью в голосе.

— Одна и та же песня, — фыркаю. — Раз меня информировать не желаешь, то и влезать в мою жизнь прекрати. Лариса мне сказала, что рекламу духов переснимают. Твоих рук дело?

— Откуда она узнала? — недовольно поджимает губы.

— Что ты сделал?

— Оплатил новые съёмки и ещё сверху накинул за моральный ущерб.

И он нисколько не жалеет о своём решении. Это прямо видно по лицу Яна.

Я просто в шоке. Мужчины настолько собственники, что готовы отстёгивать приличную сумму денег просто для того, чтобы зрители не увидели лишнего оголённого участка тела бывшей женщины?